Нам вирус не мешает учить бухгалтеров!
„Кардис“ выпустил первую группу слушателей дистанционных бухгалтерских курсов. 100%-ная безопасность при сохранении всех возможностей общения с лекторами и овладения материалом. Всю необходимую техническую помощь для удалённой учёбы „Кардис“ также обеспечивает. Идёт набор новой группы. Обучение может вестись с поддержкой Кассы помощи безработным. Учиться можно не только таллинцам, но и жителям Северо-Востока. Язык обучения — русский.
См. подробно о бухгалтерских курсах
Приглашаем к участию
в ближайших семинарах:
21.06
понедельник
16:30—19:45 Внутрисоюзный оборот, внутрисоюзное приобретение, экспорт-импорт
ведёт Тимур Скоряк
Хотите стать бухгалтером? Обращайтесь в „Кардис“! Бухгалтерские курсы по 80-часовой программе Курсы бухгалтеров
„Кардис“ проводит курсы начинающих бухгалтеров по вечерам, курсы повышения квалификации бухгалтеров — утренние и вечерние, отдельные семинары по бухучету и налогообложению.

Мы являемся официальным партнером по карте обучения Эстонской Кассы по безработице. Мы постоянно аттестованы Министерством образования и науки, и наши слушатели гарантированно получают возврат подоходного налога (20 %) от стоимости обучения, при условии заполнения налоговой декларации (если они сами оплачивают обучение, а не учатся от кассы безработных или от своей фирмы).
Новости

Метаморфозы социального налога


Пишет Владимир Вайнгорт 2021-06-09

В нескольких предыдущих номерах „Деловых ведомостей“ мы рассматривали налоговые ситуации, возникающие в результате разного рода перемен отношений работников с предприятием, связанных с постэпидемиологическими изменениями в нашей бизнес-среде. В основном, речь шла о смене места работы (переходе на удалённый труд).

Но практика рождает более сложные варианты отдаления работников от коллективного труда. Самые способные и результативные исполнители становятся фрилансерами. То есть меняют отношения основанные на трудовом договоре отношениями на основе договоров подряда. А иногда комбинируют обе формы. И часто при этом возникает вопрос по части социального налога.

Например, недавно пришло письмо от бухгалтера, автор которого спрашивает: как быть с налогообложением выплат в ситуации, когда работавший в режиме неполной занятости работник превращается в подрядчика. В цифрах это выглядело так: коэффициент занятости 0,5, что обеспечивало работнику 400 евро в месяц. За него платили социальный налог с 584 евро (поскольку это было для человека главным местом работы). Но с середины месяца трудовой договор прекратили, заключив договор подряда на те же 400 евро.

— С каких сумм за этот месяц требуется платить соцналог? — спрашивает бухгалтер.

Проблема понятна. В налоговом смысле при выплате по подрядному договору социальный налог платится с фактической выплаты. А при оплате по трудовому договору на основном месте работы (где учитывается необлагаемый подоходным налогом минимум) независимо от суммы выплаты социальный налог в этом году надо платить с 584 евро. То есть в месяц перехода от одной формы трудовых отношений к другой сумма, с которой необходимо платить социальный налог, определится расчётом в зависимости от времени фактического действия трудового договора. А дальше при выплате 400 евро по договору подряда фирма будет экономить на социальном налоге. Но что будет с медицинским страхованием у работника?

Если рассматривать пример, о котором мы говорили, спустя два месяца после окончания трудового договора у нашего фрилансера медицинское страхование закончится (поскольку месячная уплата социального налога составит менее 584 евро). Если, конечно, этот работник не пенсионер или не студент (то есть за него не платится социальный налог по другим основаниям).

Самое простое решение найти фрилансеру дополнительный доход на 184 евро.

— А если, — спрашивают у нас в другом письме, — совместить доход в одной фирме по трудовому и подрядному договору?

Такое решение выглядит несколько странно. В налоговом смысле экономии не будет. А если что-либо иное решит такая двухканальность оплаты, то почему бы и не осуществить её. Часто два договора с одним и тем же лицом возникают по отношению к работникам фирмы, являющимся одновременно членами правлений. То есть выплата идёт на основании трудового договора за выполнение определённых трудовых функций и плюс к тому на основании обязательственно-правового договора платятся деньги за членство в правлении (при этом в договоре могут быть указаны определённые управленческие функции, а могут такие функции и не указываться). Как правило, в таких случаях оплата по трудовому договору превышает 600 евро и никаких проблем по части социального налога (и медицинской страховке) не возникает. А налоги с оплаты членства в правлении платятся (и декларируются) отдельно. При таком варианте отношений возникает много разных схем оплаты за труд. Но, чтобы не утонуть в деталях, хотел бы дать на все случаи один совет: не терять здравый смысл. И если уж работника ставят одновременно на пост руководителя бизнеса, то плату за труд по трудовому договору вряд ли стоит назначать ниже минимальной. И никаких тогда проблем.

Владимир Вайнгорт, д. э. н.,
научный руководитель клуба „Кардис“


Печатается по публикации в газете „Деловые ведомости“ от 02.06.2021


Читать полностью...



План клубных встреч на июнь 2021 года. Онлайн (ZOOM)


Пишет Тимур Скоряк 2021-06-01

Клуб бухгалтеров «Кардис» День и время встреч бухгалтерского клуба с 1993 года: вторники, 16:00.

Только для членов Клуба. Встречи и дискуссии со специалистами.
3 июня, четверг, с 16:00 — Надежда Нитсхольдт, член правления Балтийского института экономики жилья.
Тема встречи: Квартирный вопрос сегодня.

Первый клуб месяца.
8 июня, с 16:00 — Елена Коростелёва, юрист по налогообложению и трудовому праву, консультант Клуба бухгалтеров «Кардис»
Тема встречи: Как самостоятельно сделать «Анализ рисков трудовой среды».
Повод встречи: Трудовая инспекция (ТИ) создала регистр для подачи туда «анализа рисков». И там же появился программный продукт, подсказывающий как сделать анализ рисков. Но также как человек, никогда не занимавшийся бухучетом, не сумеет вести учет в бесплатной программе, так и тот, кто никогда не делал анализа рисков, не поймет как из появившегося «помощника» получить конечный документ, как его оформить, и что в нем должно быть. Елена Коростелёва сделала не один анализ рисков для офисных фирм, прошедших боевую обкатку в проверках ТИ, и объяснит, что хочет ТИ, что должно быть в анализе рисков и как этого достичь с помощью новой программки (или без нее).

Только для членов Клуба. Встречи и дискуссии со специалистами.
10 июня, четверг, с 16:00 — Бетина Бешкина, вице-мэр Таллина по социальным вопросам.
Тема встречи: Какие виды социальной помощи и как получить в Таллине, и какие новые виды соцпомощи планируются?

Второй клуб месяца.
15 июня, с 16:00 — Ауле Киндсиго, налоговый консультант.
Тема встречи: Расходы фирмы на поддержание здоровья работников во время коронавируса и налогообложение специальных льгот. Как не перейти грань, и как ее определить.
Ауле Киндсиго много лет работала руководителем Таллинского НТД, затем была руководителем отдела налогов НТД, сейчас один из самых дорогостоящих налоговых консультантов Эстонии.

Третий клуб месяца.
29 июня, с 16:00 — Лемми Оро, руководитель отдела налоговой политики Минфина.
Тема встречи: Требование ЕС о введении подоходного налога — что и как будет.


Читать полностью...



Фрилансер в налоговом поле


Пишет Владимир Вайнгорт 2021-05-26

Ещё нам жить и жить в условиях пандемии, но уже ясно, что отдалившись на вирусное время от трудового коллектива многие совсем не горят желанием к нему вернуться. Их вполне устраивает жизнь фрилансера (то есть работника-одиночки, связанного с работодателем договором и взаимопередачей информации).

У таких самодостаточных людей сейчас возникает немало вопросов по поводу выбора самой выгодной формы отношений с предприятием. В том числе выгодной и в налоговом смысле. Особенно активны в таком поиске лица, которые могут реально повлиять на форму этих отношений. Члены правлений, например. Или работники из числа собственников бизнеса. Просто ценные работники, например. Они все правы. Здесь есть о чём думать.

Первый, самый простой вариант, сохранить трудовой договор. Поскольку положение наёмного работника имеет некоторые преимущества в смысле социальной защиты (которые были хорошо продемонстрированы как раз в период пандемии). Прежде всего — реальная помощь от Кассы безработных. Не только в случае сокращения или увольнения по другим причинам. Можно и не теряя рабочего места повышать квалификацию или осваивать другую специальность на платных курсах за счёт Кассы. В случае болезни можно получать до восьмого дня стопроцентную компенсацию, если с этим согласен работодатель. При зарубежной командировке возможны вполне приличные суточные. Особенно за пятнадцать дней в каждом месяце. Учиться в престижном платном колледже или университете с оплатой полностью за счёт фирмы. И, наконец, за счёт предприятия можно оборудовать „домашний офис“. Не только передать из конторы средства труда, но и купить абсолютно новые. Хороший дорогой компьютер и всевозможную дополнительную современную технику. Стол, стулья, шкафы для хранения документации, коврики и т. д. Оборудовать освещение рабочего места или помещения, включая переделку электросистемы и установку светозащиты.

Если работник на эти цели сам израсходовал деньги, их можно компенсировать (при наличии расходных документов). Особенно выгодны такого рода расходы, если у работника имеется отдельное рабочее помещение (небольшая квартира, превращённая в офис или явно отдельный кабинет, ставший домашним офисом). Подчеркнём, что в части домашнего офиса те же условия „работают“ и для члена правления, несмотря на то, что у него не трудовой договор.

Но такие возможности сразу исчезают, если стороны связывает договор подряда. В таком случае степень независимости абсолютная, но получить от наймодателя что-то кроме платы за труд (облагаемой всеми налогами) не удастся. То есть он может подрядчику хоть шоколад горячий утром в постель оплачивать, но это всё окажется специальной льготой с налогообложением. И никаких безналоговых суточных, никаких выплат по больничному листку. Плохой вариант. Но есть третья возможность. Очень даже заманчивая. Превратиться из человека в фирму-подрядчика. Фирма с одним собственником, который в ней же и работник (может ещё быть и членом правления — лучше без оплаты — или член правления некто из близких). Все возможности социальной защиты, что были выше перечислены. А по поводу средств труда и ремонтных работ — их проще всего делать за счёт фирмы (которая может ещё и плату за аренду помещения осуществлять). Но есть в этом деле тонкое место, которое непременно необходимо пройти осторожными шагами (как тонкий лёд).

Речь о процессе перехода из положения физического лица — наёмного подрядчика в положение юридического лица — подрядчика. Предположим, работодатель согласен вывести работника в положение фрилансера и готов плюс к зарплате понести затраты на обустройство рабочего места. Но если работник становится фирмой, выполняющей работу по субподряду, то деньги на обустройство должны попасть в фирму вместе с суммой бывшей брутто-зарплаты вместе с соцналогом. Иначе никаких выгод не получится. Понятное дело: превращение в юридическое лицо имеет смысл и из-за того, что дивиденды не попадают под соцналог. Но чтобы все выгоды реализовались, а бывший работодатель избавился от социальных обязательств, надо цену, в которую ему работник или подрядчик обходился, сохранить в цене услуги, оказываемой по договору подряда фирмой бывшего работника.

Заметим, что для члена правления этот механизм не годится. Невозможно, чтобы юридическое лицо оказывало услугу в виде деятельности по управлению фирмой.

Владимир Вайнгорт, д. э. н.,
научный руководитель клуба „Кардис“


Печатается по публикации в газете „Деловые ведомости“ от 19.05.2021


Читать полностью...



Нас волны вируса качают


Пишет Владимир Вайнгорт 2021-05-19

Вторая волна, вроде бы, идёт на спад. Бог весть, придёт ли третья. Не захлебнёшься в них, если привьёшься. Так говорят авторитеты. Утверждая, что победим пандемию, когда вакцинируется более 70 % населения. Как говорится, поживём — увидим. Не доверять специалистам нет оснований. Правда, несколько смущает меня один пример. Мой собственный.

Что это было?

Спустя 32 дня после окончания полной процедуры вакцинации мне понадобилась небольшая медицинская операция. По нынешним правилам за два дня до того требовалось пройти тест на COVID-19. В полной уверенности в личной защищённости вакцинацией сделал тест и — бац — он положительный. Операцию отложили. Всей семьёй (из двух человек) отсидели две недели в абсолютной изоляции (продукты привозили и оставляли у двери снаружи). Сдаю повторный тест и — как говорится в старом анекдоте — вы будете смеяться, но он снова положительный. На этот раз после десятидневного сидения в изоляции меня смело берут на операцию (на всякий случай, без теста на коронавирус). Заметьте, абсолютно никаких признаков болезни у меня нет. Врачи говорят: „Это результат вакцинации!“ И я им верю. Они так же говорят, что мой случай редкий (заболел вакцинированным). Но тут у меня появляются вопросы. А не потребуйся тест — мой случай остался бы неизвестным.

Ведь никто не проверял ни меня, ни кого другого (из моих вакцинированных знакомых) на заболеваемость спустя, предположим, месяц после двух уколов. Пытаюсь найти источник информации, где можно прочесть, что после вакцинации возможность заражения снижается и — представьте себе — не нахожу. Так может быть редки случаи не заражения, а проверки? Ещё меньше ясности по второму вопросу: был ли я носителем и распространителем вируса, когда получил положительный тест? И если да, то когда и сколько времени? Мне повезло. Совесть у меня чиста. Весь месяц после вакцинации сидел дома со сломанной ногой. Но ответа на свой вопрос получить не могу. И гложет червь сомнения: так ли защищены мы от распространения вируса растущей долей вакцинированных? Хотя польза от неё несомненна. „Мой пример — другим наука“. Вакцинация позволила перенести заболевание незаметно. Но болезнь-то была? Если да, то значит вакцинирование не должно отменять мер изоляции. Следовательно „паспорту вакцинации“ грош цена и вся затея эта — бюрократическое изобретение, чиновничья видимость деятельности. Поскольку обладатели такого паспорта, сами того не зная, могут быть переносчиками вируса.

Так это или не так, должны показать исследования и для этого нужны средства. Их надо бы дать в первоочередном порядке. А пока, кажется мне, по всем этим делам „темна вода во облацех“. По крайней мере, насчёт защитной силы вакцины от заражения. И появился ещё один удивительный медико-экономический вопрос.

Умные люди дают кредиты, остальные их берут

Из всех загадок периода пандемии самая неразрешимая, на мой взгляд, заметный рост кредитования физических лиц, особенно в части ипотечных кредитов. Например, в марте 2021 года объём кредитования частного сектора в Эстонии составил 9,257 млрд USD, что почти на 180 тысяч USD выше марта прошлого года. Цифра сопоставима с бюджетом страны. Банк Эстонии заговорил об опасности кризиса перегрева экономики и возможного включении административных „тормозов“ на ипотечное кредитование. Экономическая проблема уходит корнями в какой-то невероятный сдвиг массовой психологи. С одной стороны, на дворе кризис от полнейшей неясности с развитием пандемии. Безработица в целом по стране выше 8 %, а на Северо-Востоке доходит до 14 %. Степень ясности о том, в какую сторону повернёт рынок труда под влиянием коронавируса примерно такая же как о возможности встретиться с птеродактилем: может да — может нет, потому будем считать 50 на 50. Угроза новых увольнений на пороге и тем ни менее, растёт кредитное рабство.

При нынешней медианной зарплате около 1200 евро ровно половина работающего населения, получая плату выше медианной может рассчитывать на получение ипотечного кредита. И многие на это идут. Почему? На одной из экономических конференций недавно выступал клинический психолог, обосновавший историю с кредитами „во время чумы“ специальным диагнозом „плохой контакт с реальностью“. Это не надежда на авось, а искажённое представление личности о действительном положении вещей. В целом человек здоров и у него даже нормальная вроде бы психика, но по отношению к окружающей действительности у него конфликт в области бессознательного.

Впрочем, не хочу вторгаться в чужую область знаний, но то, что происходит сейчас на рынке недвижимости, ломает все представления о поведении людей во время кризиса. При том, что у малооплачивамой части населения жизнь всё хуже и хуже. И независимо от представлений о действительности ипотеку им не получить.

Эта доля работающих быстро беднеет. Уже более 20 % жителей вынуждены брать краткосрочные кредиты для оплаты обязательных платежей. Есть, правда, надежда, что ситуация на рынке труда улучшится в сентябре, когда поднимется внутренний спрос, поскольку в экономику хлынут деньги от выплат из второй пенсионной ступени. Но кредитной истории это не изменит и вопросов не станет меньше, например, зачем государственная структура Kredex повысила уровень поручительств, обеспечивающий выдачу кредитов коммерческими банками в размере 90 % стоимости недвижимости (то есть при собственном финансировании на уровне 10 %)? Это большая экономическая загадка, свидетельствующая об отсутствии экономического мышления у тех представителей власти, которые командуют „Кредексом“.

Риэлторы отмечают: растут объёмы покупок нового жилья для последующей сдачи в аренду. С одной стороны, это хорошо: можно надеяться на снижение стоимости найма квартир (нынче безумно дорогой). Но вряд ли такую перспективу учитывают те, кто покупает квартиры для такой цели с помощью кредита. Так же как не учитывают они возможное изменение ситуации на рынке краткосрочного найма жилья (в связи со снижением турпотока). Часть квартир из этой сферы уже летом перейдёт в зону долгосрочной аренды, что также неминуемо повлияет на цены в пользу нанимателей. И уж совсем полные безумцы берут кредиты на квартирные товарищества, насильно втягивая в это дело тех, кто понимает реальное положение вещей или еле-еле тянет ношу текущих платежей, им совсем нечем возвращать кредит. Здесь уже не экономика с медициной. Проблема этическая. Как говорится, „действия применительно к подлости“.

Иногда мне кажется, может быть это одно из проявлений последствия перенесённого коронавируса? Ну не может быть, что мир вокруг нас обезумел. Или может?

Владимир Вайнгорт, д. э. н.,
научный руководитель клуба „Кардис“


Печатается по публикации в газете „МК-Эстония“ от 12.05.2021


Читать полностью...



Обойдёмся без лишних забот


Пишет Владимир Вайнгорт 2021-05-12

Днями закончился срок подачи налоговых деклараций физическими лицами за прошлый — 2020 год. И, как всегда, нервничали при этом те лица, которые ещё и предприниматели. Потому, что кроме общей для всех декларации они подавали ещё декларацию о доходах от предпринимательства, подлежащих обложению не только подоходным, но ещё и социальным налогом.

Естественное желание платить меньше стимулировало предпринимательскую фантазию. Все ПФЛ, что называется, скребли по сусекам, чтобы как можно больше подтверждённых документально расходов отнести к предпринимательским и тем самым снизить налогооблагаемую базу. Можно составить коллекцию из совершенно неожиданным мотиваций такой связи (из тех случаев, когда некоторые из ПФЛ обращались за советом, проверяя: „проханже“ расход или „не проханже“). Наблюдая за этими стараниями или отвечая на вопрос о выгодности формы ПФЛ по сравнению с другими вариантами построения бизнеса — убеждаюсь, что многие не понимают экономико-правовой разницы в структуре налогообложения ПФЛ и паевого товарищества с одним товарищем. Дело не в деталях. Вроде тех, что касаются суточных при деловой поездке за рубеж; учёта поездок на легковом автомобиле по служебным надобностям либо отнесения к деловым расходам части текущих затрат на эксплуатацию жилья и т. п. Проблема, на самом деле, в принципиально разном отношении к заработанным в результате деятельности деньгам. В отношении к ПФЛ всё, что у него осталось после оплаты связанных с деятельностью товаров и услуг рассматривается нашим налоговым законодательством как трудовой доход. Проще говоря — аналог заработной платы. В отношении паевого товарищества разница между денежным приходом и себестоимостью рассматривается как прибыль или финансовый доход. Вся система налогообложения у нас построена на неравном подходе к трудовому и финансовому доходам. Разница в том, что трудовой доход облагается подоходным налогом (за минусом необлагаемой величины) и социальным налогом. Такова судьба этого податного сословия. Финансовый и рентный доходы облагаются только подоходным налогом, а социальный налог не возникает. Остальное — детали. Вроде права ПФЛ открыть специальный счёт, зачисленные на который средства не подлежат налогообложению и т. п. Это не льгота, поскольку деньги с этого счёта не попадут под налог, если будут потрачены на бизнес-цели. Но если станут доходом физического лица, немедленно окажутся облагаемыми обоими налогами.

Есть, правда, у ПФЛ действительная налоговая льгота. Социальный налог такой предприниматель обязан платить до тех пор, пока его трудовой доход не достигнет за год десятикратной величины установленного минимального размера заработной платы (584 евро в месяц). То есть выше чем (584 × 10 × 12) = 70 080 евро. До достижения этой величины доход физического лица от предпринимательства облагается 33 % соцналога. Всё, что выше под социальный налог не попадает. Не знаю, есть ли у нас ПФЛ, которые такой льготой пользуются и сколько их (если есть). Представляете, какой должен быть оборот бизнеса у этого лица, чтобы после всех расходов причитающаяся ему доля реализации составляла более семидесяти тысяч евро. Даже если принять, что бизнес ПФЛ исключительно трудозатратен и расход на труд составляет половину всей себестоимости, то годовой оборот должен превышать 140 тысяч евро. Этот расчёт верен, если ПФЛ трудится без наёмных работников. А чтобы одному провернуть месячную реализацию выше десяти тысяч евро — не каждому возможно. При том, что с семидесяти тысяч за год только начинается льгота. Значит она имеет смысл, если без социального налога остаётся доход, измеряемый десятками тысяч евро. Несколько фантастическая льгота, на мой взгляд.

Многие ПФЛ держатся за такую форму предпринимательства из-за простоты отчётности. Но в сегодняшних условиях, когда составление деклараций юридических лиц, явно, „не бином Ньютона“ и научиться этому делу совсем несложно (как и составлению годового финансового отчёта), мотив бюрократических сложностей носит скорее ностальгический характер. Многие это осознали. Число паевых товариществ с одним собственником (получающим личный доход как от зарплаты так и от дивидендов) явно превышает число действующих ПФЛ. Насколько разумна в этом смысле государственная политика, другой вопрос. В некоторых странах индивидуальная трудовая деятельность не налогами облагается, а её исполнители до определённого объёма реализации уплачивают единый платёж (название у которого самое разное в зависимости от страны). В пандемический период этих предпринимателей чаще всего от такого платежа освобождают. У нас ПФЛ, практически, реальной помощи в трудные времена не получили. Но это иная тема. А возвращаясь к разговору о налоговых секретах индивидуального предпринимательства — проще всего сказать: становитесь паевым товариществом, вносите небольшой установленный коммерческим кодексом пай и пользуйтесь дивидендами для снижения социального налога. Пока этот порядок действует. И не морочьте себе голову.

Владимир Вайнгорт, д. э. н.,
научный руководитель клуба „Кардис“


Печатается по публикации в газете „Деловые ведомости“ от 05.05.2021


Читать полностью...



Странные изменения налогового закона


Пишет Владимир Вайнгорт 2021-04-28

17 марта нынешнего года Рийгикогу принял изменения в Законе о подоходном налоге, 22 марта они утверждены Президентом, а 26 марта опубликованы в Riigiteataja. То есть, вступили в силу. Изменений два.

Первое касается распространения на нерезидентов права учитывать необлагаемый минимум при налогообложении полученного в Эстонии дохода. Полагаю, что если читатель моей статьи об этой новости ничего не знает, то она ему понравится. Ещё бы. За счёт необлагаемого минимума нетто-зарплата иностранного работника сразу вырастет на 100 евро при той же сумме брутто-зарплаты. Но увы: такое счастье распространяется на работающих в Эстонии нерезидентов только из стран — участниц договора о Едином европейском экономическом пространстве. То есть работники — резиденты Украины, Белоруссии, России и любых других стран СНГ (которые составляют подавляющее большинство иностранных работников в наших пенатах) под действие новой нормы не попадают. Не попадают также лица зарабатывающие деньги в Эстонии, приехавшие из Британии (вот им — брекзит в действии) и из Швейцарии (правда, таких у нас, наверное, единицы). Странами — участниками договора (на резидентов которых будет действовать новая норма) являются: государства Евросоюза плюс Норвегия, Исландия и Лихтенштейн.

Существенными эти изменения окажутся только, разве что, для получателей выплат в Эстонии жителей Латвии. Таких у нас всё-таки некоторое количество имеется. Что касается жителей других стран — участниц договора, то вряд ли их окажется много. Тем ни менее знать о новой норме необходимо всем. Мало ли как сложатся обстоятельства. Всё-таки единый рынок труда Евросоюза существует. Правда, пользуются этой возможностью в основном наши люди, а как и где обстоят дела с необлагаемым минимумом для них из нашего закона не вычитаешь. Под новую норму сейчас меняется форма декларации TSD, после чего прочесть изменённую редакцию статей 42 и 44 Закона о подоходном налоге есть смысл всем, кто осуществляет налоговый учёт в фирмах.

Ещё одно изменение произошло с 10 статьёй того же закона. Это хорошо всем известная статья о специальном режиме налогообложения всего, что связано с офшорами (территориями с низкой налоговой ставкой). Принятыми изменениями статья об офшорах в действующей редакции из Закона о подоходном налоге со всеми деталями исчезает полностью. Взамен появляется статья 10 прим с названием „Юрисдикция, не ведущая налоговое сотрудничество“. Текст её короток настолько, что могу его даже процитировать в газетной статье: „Юрисдикция, не ведущая налоговое сотрудничество — это юрисдикция, внесенная в утвержденный перечень «О перечне юрисдикций ЕС, не ведущих налоговое сотрудничество, по заключению Совета»“. На сегодняшний день в списке такие страны: Американское Самоа, Ангилья, Барбадос, Фиджи, Гуам, Палау (Белау), Панама, Самоа, Сейшельские острова, Тринидад и Тобаго, Виргинские острова США, Вануату.

Перечень обновляется два раза в год: в феврале и октябре. Сейчас действует список принятый 6 октября 2020 года. Публикуются изменения в нём на страницах Вестника ЕС (но проще узнавать об изменениях в нашем НТД). Легко заметить, что наиболее „модных“ у нашего бизнес-сообщества офшоров в действующем перечне нет. И для кого-то изменение закона по этой части окажется в радость. Хотя использование офшоров в нашей налоговой практике после освобождения прибыли юридических лиц от подоходного налога снизилось. Но у партнёров из некоторых стран они по-прежнему в чести и, бывает, по их требованиям приходится совершать сделки с офшорными фирмами. То есть в новой редакции закона на этот счёт есть смысл разобраться. Памятуя слова о том, к чему приводит незнание законов.

Конечно, не оправдались некоторые ожидания в части освобождения от подоходного налога на время пандемии (по крайней мере) тех предпринимателей, которые ведут дело без наёмных работников, в одиночку, зарабатывая — как правило — только на самое скромное потребление своей семьи. В некоторых странах такое налоговое послабление сделано. То есть имело бы смысл для этих предпринимателей оставить только социальный налог (может быть в пределах медицинской страховки), а до конца нынешнего года освободить их от подоходного налога хотя бы в пределах 800–1000 евро.

Но пока придётся довольствоваться принятыми изменениями (для редко встречающихся случаев).

Владимир Вайнгорт, д. э. н.,
научный руководитель клуба „Кардис“


Печатается по публикации в газете „Деловые ведомости“ от 21.04.2021


Читать полностью...



Промежуточные итоги


Пишет Владимир Вайнгорт 2021-04-28

В пандемическом ландшафте неважным становится всё, что не касается COVID-19. Никто, например, не вспомнил, что для экономики Эстонии год нынче юбилейный. Ровно тридцать лет назад — в 1991 году на развалинах советского экономического потенциала началось превращение Homo sovieticus в Homo economicus. Сейчас многие детали ушли из нашей коллективной памяти. Разве что сухие цифры экономической статистики свидетельствуют какими непростыми были первые четыре-пять лет тогдашней „смены вех“. Внутренний валовой продукт на душу населения с 1991 года по 1994 год падал и падал. Но уже в 1995 году пошёл вверх. А в 1997 этот интегральный показатель вышел на уровень 1990 года и дальше рос самыми высокими темпами на всём постсоветском пространстве. В 2003 году ВВП на душу населения в два раза был выше уровня 1990 года. В 2005 — в три раза (!) выше. В 2008 году — почти в пять раз выше. Такого развития в тот период не имела ни одна страна. Не зря Эстонию стали называть „Балтийским тигром“. Мировой финансовый кризис двинул тигру под дых. Но уже в 2019 году по душевому ВВП Эстония обошла все восточноевропейские страны кроме Словении и вошла в клуб самых развитых сорока государств, заняв 37 место (Латвия — 43, Россия — 50 место). Такие мы — оказывается — молодцы.

Мифы и реальность

Эстония в публикуемых ООН рейтингах находится среди самых развитых стран, опережая государства восточного блока. Не станем переписывать эти цифры. Разве что глянем на одну позицию: „Индекс человеческого развития“ — отражающий средние доходы, продолжительность жизни, уровень образования. Здесь Эстония за 2019 год на 12 месте. Литва на 25. Латвия на 28. Безусловно, в этих результатах заслуга всех сменявших друг друга эстонских правительств, каждое из которых устраняло видимые недостатки предшественников, прислушиваясь к мнению экспертов и общества в целом. В сменяемости власти немалая доля и причин успехов и поводов для критики. Например, успешно эксплуатируется некоторыми моими коллегами миф, суть которого в ностальгических требованиях вернуть стране существовавший когда-то уровень индустрии. Исчезновение заводов почему-то связывают с постлиберальной моделью общественного устройства. Хотя причина совсем не идеологического свойства.

Всё проще: в Эстонии самая высокая среди посткоммунистических стран средняя зарплата. В 2020 году — 1604 евро и вторая после Словении „минималка“ — 584 евро. С учётом социального налога средняя цена труда больше двух тысяч евро. Какой инвестор станет развивать здесь производство с большим числом рабочих мест? Мы были привлекательны в конце девяностых годов, имея: дешёвый, вполне квалифицированный трудовой ресурс; дешёвую с избытком мощностей электроэнергию; удобную логистику. При сегодняшней цене труда и энергии перспективные инвестиции только в экономику знаний, где готовый продукт (материальный либо интеллектуальный) возникает на основе творческого потенциала образованного креативного слоя. Обратного пути у Эстонии нет. Потому доля промышленности с 1990 года по 2018 снизилась вдвое, сельхозпроизводства в пять раз, но доля услуг (включая IT, а также искусственный интеллект) выросла вдвое. Потому, кстати сказать, у нас хоть небольшой, но рост экономики даже в условиях пандемии. Срабатывают преимущества атомизированного и независимого интеллектуального труда.

На каком поле растёт экономика?

Секрет экономического успеха прост: его обеспечивает платёжеспособный спрос. Азбучная истина, но — скажет внимательный читатель — при чём здесь сменяемость власти? Поясню на примере. Ещё незабытые два предыдущих правительства Юри Ратаса приняли несколько решений поднявших покупательную способность населения. Повысили необлагаемым подоходным налогом минимум со ступенчатой шкалой (обеспечив рост экономики 2019 и 2020 годов). И дали возможность забрать накопленные во второй пенсионной системе деньги. Когда готовили второе решение, не было речи о пандемии. Но в третьем квартале нынешнего года 1,3 миллиарда евро окажутся высокоэффективной финансовой инъекцией спасительной для экономики. Ничуть не менее значимой, чем раздаваемые деньги в США или в Германии. В нашем случае приход этих средств во внутренний оборот гарантирован, потому что забирают деньги люди из малообеспеченного слоя... затребовали средства около 20 % участников фондов. Примерно столько же составляет доля населения Эстонии, живущая в относительной бедности (по данным Евростата). Эти люди потратят всё, что получат. Результат придётся уже на время действия нового кабинета министров. Как и некоторое смягчение налогового бремени (по части спецльгот и акцизов). Правда, знающие люди не позволят обществу забыть кто что сделал. Правительству Каллас необходимо, как минимум, до следующих парламентских выборов внести свою лепту в повышение платёжеспособного спроса (в денежной или неденежной форме, за счёт — например — прямого удовлетворения каких-либо потребностей, вроде бесплатного транспорта). То есть новой власти придётся вписаться в общеевропейский поиск способов поддержки спроса бедных слоёв общества: базового дохода или развития общественных фондов потребления. Найдут — останутся у власти. Сделают меньше предшественников в этом направлении — передадут властную эстафету. Лёгкая смена правительств имеет ещё одно чрезвычайно важное для общества значение: десакрализация власти и восприятие государства как одного из институтов, не более того (без священного трепета). Института не самого приятного, но необходимого. Абсолютно простая связь: чаще смена властных элит — быстрее рост экономика и наоборот. Проверено тридцатилетним опытом постсоветского и восточноевропейского пространства. Эксперимент можно считать совершившимся. Лучше всего растёт экономика на поле демократии и свободы. Эстония будет впереди стран постсоветского мира до тех пор, пока сохранится в качестве самой демократической страны. Пускай и с ворохом разных проблем для экономики менее значимых. Таков итог прошедшего 30-летия.

Владимир Вайнгорт, д. э. н.,
научный руководитель клуба „Кардис“


Печатается по публикации в газете „МК-Эстония“ от 21.04.2021


Читать полностью...



Можно будет не платить лишнего


Пишет Владимир Вайнгорт 2021-04-14

Обещанного, говорят, три года ждут. Три не три, но пару лет точно прошло с того времени, когда Минфин пообещал изменить Закон о налоге с оборота таким образом, чтобы не возникала налоговая обязанность у поставщика товара (или у оказывающего услугу лица), если оплата не произошла. Наконец эта норма принята Рийгикогу, одобрена президентом и опубликована в Riigiteataja. Правда, вступает она в действие с 1 января 2022 года (всё-таки выйдет трёхлетнее ожидание).

А пока, по прежнему, неплатежеспособность покупателя не влияет на величину налога с оборота, подлежащего уплате за товары или услуги, если товары были фактически переданы или услуги были оказаны, но покупатель не заплатил за них в полном объеме. Хотя изменение системы учета налога с оборота в случае счетов, не оплаченных частично или в полном объеме, обусловлено решением Европейского суда. Принимая во внимание его решение, наш Закон о налоге с оборота теперь дополнен статьей 29 прим, которая называется „Уменьшение налоговой обязанности“. По этой статье налогообязанный вправе уменьшить свою налоговую обязанность на сумму начисленного с отчужденного товара или оказанной услуги, за которые частично или полностью не уплачены деньги, если выполнены все предусмотренные условия. Условий перечислено в этой статье семь. Кратко приведём главные четыре (остальные три носят процедурный характер).

Первое — за отчужденный товар или оказанную услугу должен быть выставлен счет согласно статье 37 того же закона.

Второе — сумма налога со сделки должна быть начислена и отражена в декларации об обороте.

Третье — требование не отчуждено.

Четвёртое — со срока оплаты счета прошло как минимум 12 месяцев, но не более трех лет.

При соблюдении условий налогообязанный корректирует на сумму налога с оборота, рассчитанную с отчужденного товара или оказанной услуги, за которые частично или полностью не уплачены деньги, собственную подлежащую уплате сумму налога с оборота в период налогообложения, когда требование было списано в бухгалтерском учете.

Закон предусматривает, что если налогообязанный уменьшил подлежащую уплате сумму налога с оборота, но являющееся основанием уменьшения требование позднее частично или полностью оплачивается, то оплата зачисляется в налогооблагаемую стоимость в тот период налогообложения, когда состоялась оплата.

Законодатель специально подчеркнул, что должны быть выполнены все содержащиеся в новой статье требования. Это значит, что право уменьшения налогооблагаемой стоимости есть лишь в случае, если сделка оформлена с соблюдением всех положений Закона о налоге с оборота, то есть, оборот состоялся, выставлен надлежащим образом оформленный счет и оборот задекларирован. К сожалению, оплата требования должна быть просрочена минимум на 12 месяцев. Такой срок, по мнению Налогово-таможенного департамента, позволит оценить, насколько долг оказался безнадежным. Более короткий срок привел бы к злоупотреблениям.

Наверное, это положение (как и любое другое положение любого закона) может использоваться для злоупотреблений. Но случится такое или не случится, а из-за гипотетической опасности злоупотребления пострадают все налогоплательщики, которые вынуждены уплатить немалый налог, а — если деньги не придут — ждать год, чтобы переплату в какой-либо форме вернуть. По нынешним временам если сумма сделки крупная, а покупатель (заказчик) из-за пандемии окажется неплатёжеспособным — то налоговое требование может пустить на дно и поставщика. В узаконенном подходе отразилась характерная для нашего налогового права презумпция виновности. Точно по Крылову: „Ты виноват уж тем, что хочется мне кушать“.

Уплати налог. А пройдёт год и — если окажется, что уплатил зря — сумма переплаты вернётся. Если доживёшь.

Новая норма закона требует известить неплатежёспособного приобретателя о списании требования и не подразумевает при этом выставление кредит-счета. Цель этого положения закона — довести до сведения должника его обязанность вернуть зачтенный налог с оборота с неоплаченной сделки. Если по такому требованию позднее все же поступит оплата, то полученную сумму вновь потребуется задекларировать как оборот и снова уплатить налог с оборота (хотя, по прошествии года такое случится вряд ли).

Конечно, принятая поправка в закон своевременна. В сложный период пандемии неоплата сделок растёт. И хорошо, что эта поправка в законе появилась. Но не даёт покоя простая мысль: а что бы уважаемым законодателям не эту сложную правовую конструкцию сооружать, а внести в самое начало закона простую мысль, что оборот возникает только тогда, когда за полученный товар или услугу произошла оплата. Просто ведь не всегда плохо. Не правда ли?

Владимир Вайнгорт, д. э. н.,
научный руководитель клуба „Кардис“


Печатается по публикации в газете „Деловые ведомости“ от 07.04.2021


Читать полностью...



План клубных встреч на май 2021 года. Онлайн (ZOOM)


Пишет Тимур Скоряк 2021-04-12

Клуб бухгалтеров «Кардис» День и время встреч бухгалтерского клуба с 1993 года: вторники, 16:00.

Первый клуб месяца.
11 мая, с 16:00 — Рон Лувищук, консультант по финансам и кредитованию.
Тема встречи: Альтернативные традиционным банкам виртуальные финансовые структуры, представляющие те же услуги расчетов, что и обычные банки.
Повод встречи: массовые отказы банков предоставлять услуги обслуживания некоторым предпринимателям и проблемы поиска альтернативных банков.

Только для членов Клуба. Встречи и дискуссии со специалистами.
12 мая, среда, с 16:00 — Наталья Вийльманн, экономист Банка Эстонии.
Тема встречи: Прогноз экономического состояния Эстонии в 2021 и начале 2022 года.

Только для членов Клуба. Встречи и дискуссии со специалистами.
20 мая, четверг, с 16:00 — Эльконд Либман, политический обозреватель, автор политического комментария в газете „Деловые ведомости“, постоянный участник субботнего политического радиошоу на „Радио 4“.
Тема встречи: 100 дней нового правительства и чего от него ждать в нынешний выборный год?

Второй клуб месяца.
25 мая, с 16:00 — Лийзи Няреп, Бюро данных об отмывании денег, руководитель отдела надзора.
Тема встречи: Обязанность извещения Бюро и техника подачи извещений.
Повод встречи: проект Бюро о контроле лиц, оказывающих услуги бухгалтерского обслуживания, на предмет проверки требований закона.

Смотрите также программу встреч клуба за апрель.


Читать полностью...



Возможен иной вариант налога с дивидендов


Пишет Владимир Вайнгорт 2021-03-30

„Кричат грачи, журчат ручьи“, подбиты бабки в годовых отчётах и звучат в бизнес-среде (для измученного пандемией слуха) два сладких слова: тепло и дивиденды. С первым — рано или поздно — у всех получится, а со вторым — у тех, кто сумел показать прибыль за непростой двадцатый год или имеет нераспределённую прибыль прошлых лет (даже после уменьшения её на возможные прошлогодние убытки). Как раз в этой удачливой части предпринимательского сообщества возникает характерный для нынешнего года вопрос: „Почему многие вокруг говорят о льготном налогообложении дивидендов, хотя — когда рассчитываешь подоходный налог с дивидендов, то получается почти один и тот же результат?“ Различие возникает только в адресности плательщика налогов. Но если задаться условием, чтобы в карманах получателей денег оказалась одинаковая сумма (по старой или новой методике рассчитывается при этом налог), то разницы в сумме налога не обнаруживается.

И чем больше фирм подходит к моменту расчёта дивидендов, завершив годовой отчёт, тем чаще возникает эта тема в разговорах с бухгалтерами или руководителями предприятий, которые не понимают, почему некоторые специалисты называют налоговой льготой возможность облагать юридическое лицо выплачивающее дивиденды 14%-ным подоходным налогом и получателя дивидендов 7%-ным налогом вместо традиционной схемы обложения 20%-ным налогом юридического лица — плательщика дивидендов.

Речь идёт о недавно появившейся новой норме в статье 50 прим в Законе о подоходном налоге, где как раз и делится подоходный налог указанным выше способом (при этом 7%-ное обложение возникает у физического лица — получателя дивидендов независимо от резидентства).

Льготная (или „пониженная“) ставка подоходного налога применяется к регулярно (то есть в течение нескольких лет подряд) выплачиваемым дивидендам. Рассчитывается она исходя из распределённой „собственной“ прибыли трёх предыдущих лет. Здесь есть смысл упомянуть о трёхзвенной системе расчёта налога. Подоходный налог определяется: в 2019 году — 1/3 от выплаченных в 2018 году дивидендов; в 2020 году — 1/3 от выплаченных в 2018 и 2019 году дивидендов; в 2021 году — 1/3 выплаты дивидендов предыдущих трёх лет (2018, 2019, 2020).

Такая методика работает, если с 2018 года дивиденды платились хоть бы раз. Пониженная ставка налога применяется по кассовому принципу: в момент выплаты. То есть независимо от того, за какой год деньги выплачиваются. Дальше детализировать этот механизм нет смысла. Кто разобрался в нём — читать не станет. А кого он смущает — настоятельно рекомендую зайти на сайт Налогово-таможенного департамента. Там есть два примера: расчёт налога в 2019 году и такой же расчёт в 2020 году. Примеры цифровые и вполне понятные.

Вернёмся к главному вопросу: кому эта норма выгодна? Для маленьких фирм, где один собственник и дивиденды ему нужны — главным образом — чтобы снизить социальный налог, в общем, нет разницы между прежней и новой методикой обложения их подоходным налогом. Существенна рассматриваемая нами схема для концернов. Даже если это всего лишь одна материнская и одна дочерняя фирма. До изменения закона о подоходном налоге в случае появления у дочерней фирмы права на выплату дивидендов налог в полном (двадцатипроцентном) объёме платила эта самая „дочка“ в тот момент, когда перечисляла фирме-собственнице деньги в счёт дивидендов. А дальше у материнской фирмы (в случае, если она платила дивиденды своим собственникам) та часть этих выплат, которая наполнялась полученными от дочернего предприятия, подоходным налогом не облагалась. Независимо от того, были получатели дивидендов физическими или юридическими лицами.

Не секрет, что у некоторых материнских фирм иногда всю сумму дивидендов составляли деньги, полученные от дочерних предприятий тоже в виде дивидендов. По разным причинам. И тогда её собственники (материнской фирмы) получали деньги без всякого налогообложения. Даже если такая механика не имели специфического (не очень честного) интереса — механизм налогообложения дивидендов по совокупности всего концерна был несправедлив в отношении дочерней фирмы. По новому правилу для дочернего предприятия всё-таки на треть налоговая нагрузка снижается. Она переходит, в конце концов, на получателей дивидендов — физических лиц. Сразу заметим: применение этого варианта налогообложения абсолютно добровольное. Особенно интересна такая модель при расположении предприятий концерна в разных странах. Тогда появляются варианты кумулятивного эффекта при налогообложении дивидендов.

Для небольших предприятий с одним или несколькими собственниками — физическими лицами новый вариант налогообложения дивидендов, действительно, существенных преимуществ не имеет. По этому поводу и можно не беспокоиться.

Владимир Вайнгорт, д. э. н.,
научный руководитель клуба „Кардис“


Печатается по публикации в газете „Деловые ведомости“ от 23.03.2021


Читать полностью...



Встряхнёт ли вирус нашу жизнь?


Пишет Владимир Вайнгорт 2021-03-30

На этот счёт бытует две точки зрения. Одни полагают, что только прозвучит сигнал отбоя пандемии — всё вернётся на круги своя и даже руки можно будет мыть раз в день. Другие ждут, что мы окажемся совершенно в другом мире.

Некоторые читатели в этом месте раздражённо заметят: „Нашли время говорить о будущем, когда в настоящем вирус косит направо и налево почти по две тысячи человек в день“. Потому и косит, что власти неверно оценили перспективы его второго пришествия и вместо „закрытия всех лавок“ стали на этом деле экономить. Правительство сочло, что прошлой весной переплатило. А, как известно, скупой платит дважды. На этот раз плата идёт нашими жизнями. Посмотрите на график выявленных заболеваний в расчёте на тысячу жителей. Это приговор властной некомпетентности. Ссылки на интересы бизнеса гроша ломаного не стоят. Бизнес остановится, если ему помочь выжить до лучших времён. Здесь и появляется тот вопрос, с которого мы начали: для кого и когда такие времена наступят, а для кого — увы...

Данные о случаях заражения на 1000 человек с марта 2020 г. по март 2021 г.

У всех судьбы разные

Прошлой весной государство помогло деньгами почти всем, надеясь, что пандемия кончится летом. Помощь была ориентирована не только на сохранение рабочих мест, но и всех работников (условие такое было — если после окончания выплат от Кассы помощи безработным людей уволят — деньги придётся вернуть). А осенний вирусный шторм власть „не заметила“. Советы, правда, давала: маски носить и не тусоваться. В общем, сочла, что „спасение утопающих — дело рук самих утопающих“. В результате вышли по заболеваемости на первое место в Европе. И уже не только записные пессимисты, но также информированные оптимисты потребовали объявлять локдаун. Кое-какие ограничения ввели. Но по состоянию на 15 марта салоны красоты работают. Производства пашут. Авиарейсов больше прежнего. Надеюсь, ко дню выхода газеты ситуация всё же изменится. Во власти на местах есть разумные люди. Думаю, требование Таллинской мэрии объявить чрезвычайное положение сработает. Правительство, наверное, тоже состоит из здравомыслящих людей. Но давят на него лоббисты, которые в альтернативе „жизнь или кошелёк“ выбирают второе. И ведь тоже не идиоты. Но печальную для некоторых отраслей перспективу предпочитают не замечать, устраивая для власти распальцовку: или не закрывайте предприятия, или деньги на сохранение бизнеса давайте. Читаю, например, такое требование одного из руководителей Союза отелей и ресторанов. Хотя он не может не понимать, что — к огромному сожалению — туризму в целом до лучших времён ждать придётся, минимум, пару лет. И даже тогда к тёплым морям, может быть, и станут ездить, а в наши пенаты года три побоятся приезжать. Деловой туризм станет редкостью, поскольку „бизнес-тёрки“ уже привычны онлайн: дешевле и удобнее. Даже самое отъявленное „мыдло“ (термин, обозначающий соединение в одном лице представителя „мидл-класса“ и „быдла“) придёт теперь к пониманию, что безвкусица оформления и еды в дорогих ресторанах не стоит затрат. Модными становятся „антикафе“, а то и вовсе встречи в коворкингах с чашкой чая. При таких перспективах туристскую отрасль содержать за счёт налогоплательщиков бессмысленно. А есть ли — скажут мне — отрасль, будущее которой ясно? Отвечу — есть!

Медицинский этюд

Не я один заметил, что дефицит медицинского персонала и прирост безработных в этом году примерно равны. Это значит, есть шанс одним махом привести структуру рынка труда в соответствие с главной потребностью общества — развитием медицины. Если не давать подачку всем проблемным предприятиям в форме компенсации части зарплаты бездействующим работникам, а принять на государственный счёт выплаты выходных пособий при увольнении работников „со дня“ (то есть открыть возможности для увольнения малозагруженных людей), то бизнес спасёт имеющиеся у него остатки денег, а люди ничего не потеряют (поскольку получат выплату в размере зарплаты кто за два, а кто за три месяца, в зависимости от стажа работы в фирме). Уволенным надо предложить переобучение на специальности требующиеся в медицине. Чтобы люди пошли переучиваться, придётся поднять зарплату в здравоохранении процентов на пятьдесят. А с нового года удвоить её и медперсоналу, и врачам. Конечно, это всё должно происходить одновременно с жёстким карантином хотя бы до июня (параллельно с вакцинацией). Тогда, вместо неизвестно для чего сохраняемого офисного планктона, получим рост работников в медицине, обеспечивая потребности страны (поскольку нас уверяют, что ограничения в помощи со стороны специалистов и семейных врачей связаны с нехваткой работников в отрасли). Расширение возможностей системы здравоохранения позволит ей стать драйвером медицинского туризма. Что, по крайней мере, даст загрузку гостиницам и транспорту. Потому, что по соотношению „цена — качество“ наша медицина вполне конкурентоспособна.

Конечно, надо сохранить культуру (театры, музеи и т. п.). А всё, что связано с антрепризами и шоу-бизнесом — пусть выживает как получится. Отдельная тема: образование. Уже в нынешнем году имеет смысл отодвинуть от школ дорогостоящую и бессмысленную систему „Иннове“. Современная школа и раковая опухоль полицейщины несовместны как гений и злодейство. В публикуемых в европейских странах материалах и на конференциях по удалённому обучению уверенно звучит понимание задачи поствирусной школы не фаршировать головы разными сведениями, а научить находить нужную информацию и креативно мыслить.

Азбука экономики: кризис всегда приводит к обновлению всех аспектов деловой сферы. Прошлые эстонские власти не боялись в кризисные периоды „перевернуть страницу“. Сейчас тот же случай. Надо рискнуть.

Владимир Вайнгорт, д. э. н.,
научный руководитель клуба „Кардис“


Печатается по публикации в газете „МК-Эстония“ от 23.03.2021


Читать полностью...



План клубных встреч на апрель 2021 года. Онлайн (ZOOM)


Пишет Тимур Скоряк 2021-03-17

Клуб бухгалтеров «Кардис» День и время встреч бухгалтерского клуба с 1993 года: вторники, 16:00.

Первый клуб месяца.
6 апреля, с 16:00 — Анника Карм, консультант отдела миграции Департамента полиции и погранохраны.
Тема встречи: Требования к работе иностранцев в Эстонии. Новые требования. Что происходит с контролем за соблюдением правил. Ответы на вопросы слушателей.

Только для членов Клуба. Встречи и дискуссии со специалистами.
7 апреля, среда, с 16:00 — Дмитрий Фефилов, специалист издания „Деловые ведомости“, эксперт по инвестированию.
Тема встречи: Возможности личного инвестирования сегодня, выбор и сравнение вариантов. Как это делать.

Второй клуб месяца.
13 апреля, с 16:00 — Юри Алликальт, популярный налоговый юрист, входит в правление Союза налогоплательщиков.
Тема встречи: Налоговый аудит сделок с недвижимостью — „дорогая“ тема проверок НТД. Как это происходит в последнее время. Что надо иметь в виду, чего опасаться.

Экстренная встреча в клубе.
20 апреля, с 16:00 — Бетина Бешкина, вице-мэр Таллинна по социальной помощи.
Тема встречи: Новость! Оплата первого дня больничного горуправой на основе ходатайства работодателя. Оплачиваются и уже прошедшие мартовские больничные! Подробно о технике дела, действия работодателя. Общая информация, о том, что и когда будет открываться, и до какого времени будут ограничения. Новости правовых актов.

Третий клуб месяца — дополнительный.
27 апреля, с 16:00 — присяжный аудитор Вадим Латута.
Тема встречи: „Eraldised (отчисления) — природа явления и принципы отражения“.

Только для членов Клуба. Встречи и дискуссии со специалистами.
28 апреля, среда, с 16:00 — к. п. н. Леонид Карабешкин, постоянный автор газеты Столица, и д. э. н. Владимир Вайнгорт.
Тема встречи: Изменится ли жизнь после пандемии, и каким образом?

Смотрите также программу встреч клуба за март.


Читать полностью...



Специфические варианты НСО при сделках с недвижимостью


Пишет Владимир Вайнгорт 2021-03-17

У нас уже шёл разговор на страницах „ДВ“ о проблемах подоходного налога в случае купли-продажи помещений. Но в связи с изменением структуры экономики вследствие пандемии, очевидно на рынок недвижимости двинулись крупные налогооблагаемые по НСО фирмы. И сразу пошли вопросы по применению этого налога при сделках с недвижимостью.

По числу вопросов лидирует случай, когда после продажи недвижимости немедленно возникает т. н. обратный оборот. Это сравнительно новый для нашей налоговой практики вариант налогообложения, выгодный для предпринимателей, поскольку налог с оборота как бы присутствует, но реального движения налоговых денег не происходит. Такая схема применения НСО возникает в нескольких случаях и применяется по желанию продавца недвижимости, о чём он обязан письменно известить Налогово-таможенный департамент. Подчеркнём: обязательности применения такой модели налогообложения закон не предусмотрел. Её можно использовать в трёх случаях.

Первый, когда продаётся нежилое (это обязательное условие) бывшее в использовании помещение, расположенное в специализированном нежилом здании, но возможен вариант, когда нежилое помещение расположено в жилом здании (это может быть не только контора, но и магазин, и предприятие общепита, медицинское помещение и т. п.).

Второй, когда продаётся не помещение, а целое здание. И снова условие — оно должно быть нежилым. Нежилое назначение объекта продажи должно подтверждаться регистровой записью. В этом случае также использование такого способа налогообложения зависит от желания предпринимателя-продавца, хотя отсутствие такого желания выглядит странно. И, тем не менее, на практике бывает — такой возможностью не пользуются. Не из каких-то особых соображений, а по незнанию. Опять-таки, о желании применять этот метод надо обязательно письменно сообщить НТД. Информирование НТД не предусматривает варианта, что налоговики смогут отказать. Оно носит не разрешительный, а уведомительный характер.

И, наконец, третий случай: когда предмет сделки — продажа земельного участка без зданий или сооружений, а сам участок не предназначен для строительства. И снова обсуждаемый нами способ применяется исключительно по желанию предпринимателя и с письменным извещением НТД.

Для сделок с новыми объектами недвижимости этот способ не применяется.

В целях экономии газетной площади не будем рассматривать технологию такого применения НСО. Она подробно описана в законе и ничем не отличается от часто используемой технологии обложения и зачёта НСО при внешнеэкономических операциях.

Следующая интересная для разговора тема: это когда оборот возникает, но не декларируется в Эстонии. Здесь действует общее правило (не имеющее исключений): любая сделка с недвижимостью независимо от её суммы и того, с кем она происходит, всегда отражается в налоговом учёте по правилам той страны, где находится недвижимость. В этой связи возникает вопрос: как применять НСО, если недвижимость продаётся от одной эстонской фирмы другой, но сама эта недвижимость находится не в Эстонии. Подчеркну — без вариантов оборот происходит в стране, где находится недвижимость. С учётом требований установленных там о налогообязанности и прочих положений тамошних законов.

Заметим, что без вариантов облагается оборот при продаже любых (жилых и нежилых) новых помещений до начала их первичной эксплуатации, но это нашим читателям известно. При этом подчеркнём, то „новой“ недвижимость становится при стоимости её ремонта на 10 % выше цены её приобретения. Так же, надеюсь, читателям известно когда и как применять НСО при сдаче помещений (зданий) в аренду.

Не станем рассматривать варианты, когда сделки с недвижимостью — необлагаемый оборот. Это, вообще-то, основой случай при таких сделках и вряд ли кто об этом не знает. Размер НСО (если налог есть по обязанности или по желанию) в случае недвижимости всегда 20 %. Правда, некоторые специалисты полагают верным утверждение, что есть сделка с недвижимостью по ставке 9 %. Эта ставка применяется при посуточном найме жилья (то есть поселении в гостинице либо в посуточно сдаваемой для проживания квартирной собственности). Что правда. Такая льгота существует. Хотя в наше вирусное время, к сожалению, такой наём появляется всё реже и реже. Кстати заметим, что в некоторых странах уже с прошлого года и до окончания пандемии власть ввела нулевую ставку по НСО для посуточного найма, что сразу повышает конкурентоспособность гостиничного бизнеса (цена номеров для физических лиц падает на 9 %). Более того, в определённых пределах суточной цены, при поселении в гостиничном номере здоровых членов семьи, в которой обнаружился у кого-либо позитивный тест на коронавирус, или появился реальный больной, расход на проживание в гостинице здоровых членов семьи разрешено вычитать из налогооблагаемой базы дохода. Очень разумная мера, помогающая и людям и бизнесу. Но это уже налогово-управленческие шахматы. А наша власть не сказать, что даже в шашки играет применительно к сложностям, сопровождающим пандемию. Пока больше её действия похожи на игру в домино. Даст бог, к третьей волне (случись она) власти освоят более сложную игру.

Владимир Вайнгорт, д. э. н.,
научный руководитель клуба „Кардис“


Печатается по публикации в газете „Деловые ведомости“ от 10.03.2021


Читать полностью...



На достоинство наше им наплевать


Пишет Владимир Вайнгорт 2021-03-17

Для начала определимся: кто — мы, кто — они, и при каких обстоятельствах попирается ими наше человеческое достоинство?

Унижение привычное как дождь

О самых ужасных событиях XX века философ Ханна Арендт написала книгу с названием „Банальность зла“ (о его обыденности). В те же годы ещё одна женщина — философ Филиппа Фут ввела в научный оборот термин из обыденной жизни — „проблема вагонетки“, описывающий задачу с таким условием: вы стоите у железнодорожной стрелки переключающей движение с магистрального пути на две второстепенных ветки — левую и правую. Какой-то сумасшедший привязал к левому ответвлению человека, а к правому — пятерых. По магистрали движется груженая вагонетка — куда вы её направите: влево, вправо? В ходе мирового эксперимента 70 тысяч человек из 42 стран (81 % опрошенных) ответили — влево. То есть пожертвовали меньшинством. Только 19 % сообразили поставить стрелку в положение, когда произойдёт авария и вагонетка слетит с рельсов. Эксперимент доказал великую силу стереотипа о приоритете интересов большинства.

В наших реалиях тот же подход доказывает практика странных объединений, которые — по злой иронии — называются „товариществами“. Квартирными. Где „мы“ — накрепко привязанное к своему жилью не очень обеспеченное меньшинство. А кто „они“? Здесь круг участников шире. Во-первых, активное большинство этой юдоли счастья постоянно „развивающее“ личную и общую собственность. И бог бы с ними. Но делают это они исходя из собственных финансовых возможностей, нанося ущерб „бедным и больным“ соседям. Во-вторых, равнодушный и к хамам с инициативой, и к чужой боли средний по обеспеченности слой квартирособственников. Усиливают возможности давления на „униженных оскорбленных“ бедностью муниципальные власти. Они, конечно, понимают, что среди собственников квартир от 10 % до 20 % составляют бедняки: неработающие пенсионеры, инвалиды, получатели зарплат-минималок. Но также понимают, что — увы — контрольный пакет голосов на местных выборов у подавляющего большинства. И, наконец, в той же компании — юристы, без которых не происходит ни одно лишение бедняков крыши над головой. Даже если не доходит конфликт между большинством и меньшинством до такой крайности, то уж горечь унижения от насилия малообеспеченные слои жильцов черпают полной мерой.

Безнадёга в фас и профиль

Десятки, сотни примеров знаю, когда пенсионеры для выплат навязанной им суммы взноса в ремонтный фонд каждый месяц делают выбор: сократить скудное питание или сэкономить на лекарствах. В многодетных семьях выбор не менее драматичен, когда решают на чьём потреблении сэкономить.

Например, в девятиэтажке правление протолкнуло решение заменить панели ограждения лоджий на пластмассовые щиты. Поскольку крепления панелей проржавели. Конечно, можно было оставить панели и заменить крепёж, что обошлось бы на квартиру около 300 евро. Но всё сломали и заменили полностью. Удовольствие обошлось каждому квартирособственнику более чем в 3000 евро.

Другой пример — градостроительный идиотизм заборостроения... У меня есть коллекция сюрреалистических примеров, когда проезд к детским садам представляет собой классический лабиринт. Или когда к дому в ста метрах от остановки городского транспорта надо идти километр между заборами „модели ГУЛАГ“, потому что специально сделанная для прохода арка перегорожена на всю высоту. Городские чиновники, рассматривая такие фотографии, соглашаются, что это материализованная глупость. Но как доходит до юридически безукоризненных предложений насчёт сноса загородок — мнутся, поскольку конфликтовать с большинством „товарищей“ не хотят.

В Таллине власть создала юридическую консультацию для квартирных товариществ. Иногда оттуда следуют советы, помогающие снять конфликт в товарищеских террариумах. Но стоит попросить помочь в реализации нормы Закона о квартирных товариществах, что „собственник квартиры может отказаться нести расходы, с которыми он не согласился, если требование их нести противоречит принципу добросовестности“ (часть 3 статьи 40), юристы-консультанты пасуют.

Зато поддерживаемый властью Союз квартирных товариществ не стесняется учить отнимать жильё у неплательщика.

Как не пропасть поодиночке?

Ясное дело, „лучше быть богатым и здоровым, чем бедным и больным“. Лучше входить в обеспеченное большинство, чем в безденежное меньшинство, которому никто помочь не хочет. Даже когда это несложно.

На 2021 год в Таллине из городских средств запланированы субсидии квартирным товариществам в сумме 1,36 миллиона евро. Они, в частности, облегчат финансовую нагрузку при ремонте или реконструкции фасадов зданий (по программе „Фасады в порядок“). Город дотирует до 10 % общей стоимости работ (но не более 20 000 евро). Остальные 90 % платят жители. Если проект рассчитан на максимальную дотацию — доля жильцов 180 000 евро. Представим, что дом 60-квартирный, тогда на каждого квартирособственника приходится по 3000 евро. Обеспеченной семье — мелочь. Бедной — неподъёмный груз.

Почему бы не на всё товарищество деньги дать, а те же 20 000 уплатить за семь малоимущих семей. Общая сумма дотации сохранится, но обеспечится социальная справедливость. Если на эти цели направить, к примеру, все 1,36 миллиона евро, то около 300 малообеспеченных семей могли бы по 4000 евро внести в развитие недвижимости, не сваливаясь в полную нищету. Так просто уменьшить торжество зла, если того хотеть. Не рухнет мир, если в закон о КТ внести две поправки: запретить членам правлений КТ использовать на собраниях доверенности от не пришедших туда квартирособственников; и давать разрешение на реализацию проекта развития недвижимости стоимостью выше, чем сумма платежей всего товарищества за год, только при 100%-ной поддержке проекта всеми жителями.

Мы живём в стране, где медианная зарплата около 1000 евро в месяц. То есть, половина всех работников получает от 584 евро (минималка) до 1000 евро. У нас пенсия средняя около 420 евро. Как можно допускать, чтобы на семью ложилась обязанность добавлять к обычным платежам за квартиру нагрузку такого размера, что общая сумма обязательного платежа оказывается почти равной или выше мизерных доходов некоторых семей.

Как видите, совсем несложно снизить уровень унижения бедностью. Кто это сделает? Сами мы и сделаем, если наделим властью тех, кто понимает недопустимость диктата большинства над меньшинством.

Владимир Вайнгорт, д. э. н.,
научный руководитель клуба „Кардис“


Печатается по публикации в газете „МК-Эстония“ от 10.03.2021


Читать полностью...



Налоговый светофор


Пишет Владимир Вайнгорт 2021-03-02

Активно внедряемая Налогово-таможенным департаментом цифровая новация по мониторингу исполнения юридическими лицами налоговых обязанностей вызывает разные чувства.

При первом знакомстве с ней трудно удержаться от улыбки. Уж очень похоже на школьный дневник (система называется „оценка налогового поведения“). Оценки выставляются по трёхбалльной системе: единица, двойка, тройка. Оценочные таблицы раскрашены в цвета светофора: зелёный за тройку (высший балл); жёлтый за двойку (удовлетворительное поведение); красный свидетельствует о непорядке в налоговых делах.

Какая-то игра в „зарницу“, ей-богу. Заполняет этот дневник система, обслуживающая налоговый аудит (сменивший отдел налоговых ревизий) и последствия от дневника налоговой успеваемости вполне серьёзные. Как уверяют разработчики системы, если в течение нескольких месяцев таблица пестрит красным и жёлтым — вполне возможен интерес аудиторов к более пристальному знакомству с налоговым учётом в этой конкретной фирме. А такой встрече вряд ли кто будет рад.

Потому есть смысл понять по какой причине снижаются оценки „за поведение“. Для начала давайте разберёмся, на базе каких данных действует система и какие сведения содержит „на выходе“. Главным источником информации для неё служат ежемесячные декларации налогоплательщика (TSD и KMD), данные из которых сверяются с информацией из других открытых баз данных (как правило, поставляемых туда также самим налогоплательщиком).

Например, данные о персонифицированной зарплате в декларации TSD „стыкуются“ со сведениями из нескольких регистров. Первым делом проходит cверка с регистром труда. Самая простая задача — выявить случаи, когда в регистре труда работник есть, да ещё с полной 8-часовой загрузкой, а по декларации либо вообще он денег не получил за месяц, либо получал меньше минималки. Или ситуация обратная: выплата есть и в регистре работ человека нет. Серьёзна сверка выплат в разрезе персоналий с данными о средней зарплата аналогичных видов работ и должностей по такой же отрасли и региону. И, наконец, сравнение средней зарплаты фирмы со среднеотраслевой.

В результате выявляются случаи отклонения от среднеотраслевой нормальности, окрашивающие „дневник поведения“ в жёлтый либо даже красный цвет. А дальше — мяч на стороне налогоплательщика. Он либо даёт объяснения убеждающие налогового администратора в логичности его действий, либо — ничего не объясняя — со следующей декларации „входит в норму“. В первом случае его дневник перекрашивают в „ручном режиме“. Во втором принимают факт нормализации, а цветовой сбой остаётся фактом налоговой истории. Но часто-густо встречается третий случай: ничего никто не сообщает и не меняет. Дневник полыхает красным, но его просто никто в фирме не видит.

Здесь надо обратить внимание читателей, что данные об „оценке поведения“ доступны только членам правлений фирм! Даже бухгалтеры не могут их увидеть (хотя они составляют и передают в регистры исходную информацию).

По мысли авторов системы именно так реализуется цель всей затеи: не испугать и даже не предупредить налогоплательщика, а вызвать его на диалог. То есть объяснение реальной ситуации не способ оправдания, а нормальное развитие инфопотока, стартом которого является подача деклараций и данных в регистры.

Единственное, чего не предусмотрели авторы системы: отсутствие интереса руководителей фирм ко всякого рода дополнительной информации, а также неумения её обнаружить и интерпретировать. Обратить внимание на этот налоговый светофор высшего управленческого персонала бизнеса — цель нашего сегодняшнего разговора. Мы подробно рассмотрели механизм оценки данных о зарплате. Но точно также работает система с данными о легковых автомобилях фирм (сравнение ведётся с информацией из авторегистра), с данными о специальных льготах и т. д.

Сейчас система выставляет ежемесячные оценки по 164 000 предприятий. 65 % из них (по последней информации) оценены высшим балом (3). 20 % получили среднюю оценку (2). Но 22 % получили единицу. Система содержит информацию о причинах снижения оценок. Но она не умеет толкнуть руководителей фирм под руку. Не загорается в кабинетах надпись: „Иди и смотри“. А смотреть придётся. И разбираться вместе с бухгалтером как получилось, что, отправляя данным в регистры и декларируя налоги, фирма сама на себя „настучала“. То есть, в конечном счёте, система даёт оценку работе бухгалтера (а если бухгалтер обращал внимание руководителя на нелогичность цифр, то оценивается системой качество решений самих господ предпринимателей).

Также подробно можно рассказать о сравнении данных из декларации по НСО со сведениями из деклараций партнёров: покупателей и поставщиков. Но не будем злоупотреблять газетной площадью. Не станем (по той же причине) говорить о стандартных ситуациях, когда неприятная оценка возникает не по „вине“ фирмы, а из-за ошибок или невнимательности других участников хозяйственной операции.

Недавно руководитель этой инфослужбы НТД приходил на заседание Бухгалтерского клуба „Кардис“, где в ходе дискуссии выявилось немало проблем в алгоритме, положенном в основу „оценки поведения“. Но тем более важно господам предпринимателям внимательно читать этот красочный дневник „налогового поведения“ и непременно реагировать на красно-жёлтые замечания в нём.

Тем более, уже появляются примеры, когда банки при рассмотрении ходатайства о кредите, а также организаторы госпоставок просят предъявить этот дневничёк. Ничего не поделаешь — придётся включаться в новую реальность. Если, конечно, бизнес-начальство „интересует результат“.

Владимир Вайнгорт, д. э. н.,
научный руководитель клуба „Кардис“


Печатается по публикации в газете „Деловые ведомости“ от 23.02.2021


Читать полностью...



Круг помощи бухгалтерам с разным опытом работы:

Журнал «Налоги и бухучёт» 24 номера в год. Подписчики имеют право Получать скидку 15 % при оплате семинаров по актуальным проблемам бух- и налогового учёта Получать скидку 50 % при оплате книг и приложений к журналу по отдельным вопросам Бесплатно участвовать в интерактивных консультациях по вторникам с 12:30 до 14:00 Получать скидку при оплате за переводы законов и инструкций СБУ Бесплатно получать телефонные консультации аудитора по четвергам с 10:00 до 12:00 Курсы для начинающих или имеющих перерывы в работе, а также курсы обучения бухгалтерскому учёту
OÜ Kardis является партнером по карте обучения Эстонской Кассы по безработице
Бухгалтерам, имевшим большой перерыв в работе, а также специалистам с небольшим опытом работы, предпринимателям, желающим разобраться в бухучете собственной фирмы, а также тем, кто хочет освоить профессию бухгалтера: пояснения программ, порядок действий, контактные данные
OÜ Kardis on Eesti Töötukassa koolituskaardi koostööpartner
Raamatupidaja täiendkoolitus: koolituste kava ja sisu ja metoodilised selgitused

Последние добавления в платную зону:

Журнал «Экспресс-консультация» № 12

Журнал «Экспресс-консультация» № 11

Журнал «Экспресс-консультация» № 10

Журнал «Экспресс-консультация» № 9

Журнал «Экспресс-консультация» № 8
Квартирное товарищество: проблемы и решения
Подпишитесь на журнал „Налоги и бухгалтерский учёт. Экспресс-консультация“. Станьте подписчиком за 2 минуты!

Вы 3812584-й посетитель этого сайта

+372 645 2257, 645 2258, 645 9268, 641 8265
© 2011—2020, OÜ Kardis