Консультации подписчиков в период отпуска 01.07.2019–29.07.2019

Уважаемые подписчики нашего журнала, в период с 1 июля по 29 июля в „Кардисе“ каникулы. Но мы продолжаем консультации! Если есть вопросы, то в обычное время консультаций, по вторникам с 12:30 до 14:00 и четвергам с 10:00 до 12:00 звоните нам по тел. +372 5559 5552 (Тимур Скоряк) или тел. +372 5559 3796 (Елена Коростелёва). Или, если не дозвонились, пишите на адрес timur64@list.ru.

Если что-то случилось, то можно звонить и не во время консультаций.

С уважением,
член правления Kardis OÜ Тимур Скоряк
Приглашаем коллег-бухгалтеров к участию в ближайших семинарах:
14.08
среда
11:00—14:00 Умение беречь деньги, или Как не оказаться лохами?
ведут Владимир Вайнгорт и Тимур Скоряк
11.09
среда
10:00—15:00 Какие решения собраний КТ взорвут покой дома и погубят правление? Как этого избежать?
ведёт Владимир Вайнгорт
Хотите стать бухгалтером? Обращайтесь в „Кардис“! Бухгалтерские курсы по 80-часовой программе Курсы бухгалтеров
„Кардис“ проводит курсы начинающих бухгалтеров по вечерам, курсы повышения квалификации бухгалтеров — утренние и вечерние, отдельные семинары по бухучету и налогообложению.

Мы являемся официальным партнером по карте обучения Эстонской Кассы по безработице. Мы постоянно аттестованы Министерством образования и науки, и наши слушатели гарантированно получают возврат подоходного налога (20 %) от стоимости обучения, при условии заполнения налоговой декларации (если они сами оплачивают обучение, а не учатся от кассы безработных или от своей фирмы).
Новости

Есть ли налог на шикарную жизнь?


Пишет Владимир Вайнгорт 2019-06-26

Тема эта возникла из бухгалтерского вопроса по поводу возможности появления налогового риска в таком случае: руководитель фирмы (в которой бухгалтер работает) поехал по служебным делам из Таллина в Курессааре, где на трое суток поселился в спа-отеле. Услуги спа в этом отеле входят в стандартную цену проживания (независимо от того, пользуется ли водными процедурами жилец). Бухгалтера волнует, не может ли какая-то доля стоимости проживания в отеле рассматриваться в качестве специальной льготы? В самом деле, какими бы ни были служебные заботы, обусловившие поездку руководителя фирмы на Сааремаа, вряд ли они требовали от него непременных омовений в бассейнах и банях для достижения полной телесной чистоты.

Но несмотря на такие вполне логичные соображения здравого смысла, риск влететь в специальную льготу отсутствовал, поскольку ключевым условием в этом случае была недифференцированная стандартная цена проживания. То есть независимо от того, пользовался ли командировочный услугами спа-комплекса или не пользовался — стоимость суточного пребывания в гостинице изменить было невозможно. Эти услуги, так же как завтрак, составляли один пакет с предоставляемым правом на ночлег.

Вопрос о правомерности выбора цены гостиницы одно время законодатель пытался регулировать (вводя предельную не вызывающую налогообложения стоимость проживания в норму закона о подоходном налоге), но существовало такое ограничение недолго. Ведь выбор отеля далеко не всегда определяется желанием командированного работника заполучить максимальный комфорт. Часто решающим условием этого выбора является наличие или отсутствие мест с ценой подешевле. Немаловажно также расстояние от гостиницы до места исполнения рабочего задания. И вообще, явным административным перебором веяло от стремления государства регламентировать какого типа койка является допустимым (по налоговым ограничениям) прокрустовым ложем. Проблема уровня комфорта возникает периодически у некоторых бухгалтеров и предпринимателей не только по поводу платы за гостиницу или приобретения билетов на перелёт, например, бизнес-классом. Похожие вопросы задают по поводу оформления служебных интерьеров, а также приобретения дорогих автомобилей представительского класса.

Сегодняшняя налоговая практика не имеет прецедентов возникновения претензий к предпринимательским структурам по этому поводу. Регулирует уровень расходов на все эти цели только финансовое положение фирмы, а также отношение к такого рода тратам собственников. Налоговый управляющий не вмешивается. Правда, в Законе о подоходном налоге в перечне несвязанных с предпринимательством выплат (вызывающих налогообложение) числится „приобретение несвязанного с предпринимательской деятельностью имущества“ (статья 52, часть 2, пункт 1), но привести хотя бы несколько примеров тому непросто. Поскольку даже явно несовпадающее с текущими функциями фирмы приобретение может вполне заработать при реализации, например, бизнес-плана, рассчитанного наперёд.

Всё-таки грань налогового риска проходит между расходами направленными на удовлетворение личных потребностей работников и членов правлений и расходами связанными с исполнением служебных обязанностей. И если эти обязанности исполняются таким образом, чтобы человеку было комфортно на рабочем месте или на выезде — это не может вызвать налоговых претензий. С одним небольшим, но существенным примечанием: надо уметь ситуацию объяснить. И ещё лучше иметь соответствующий комментарий, утверждённый распорядителем средств, к первичному документу. Что касается приобретения имущества, использование которого возможно как для служебных так и личных нужд работников, а учесть реальное соотношение такого использования крайне сложно (иногда невозможно), то лучше всего относить к предпринимательству 50% расходов. Такой подход, наверняка, исключит даже гипотетическую возможность появления претензий. Принцип прост: делиться надо!

Владимир Вайнгорт, д. э. н.,
научный руководитель клуба „Кардис“


Печатается по публикации в газете „Деловые ведомости“ от 19.06.2019


Читать полностью...



Есть повод выпить


Пишет Владимир Вайнгорт 2019-06-19

Может быть не сразу, а после 1 июля, когда снизится акциз на алкоголь (в результате пол-литра водки подешевеет на полтора евро). Такая новость не только хороший повод отметить это дело, но и причина поговорить вообще о нашей акцизной и налоговой политике в целом.

Чем меньше доход, тем жёстче налоговый пресс

Акцизы и налог с оборота в налоговой теории относятся к т. н. косвенным налогам (в отличие от прямых налогов, которые носят адресный характер, то есть зависят от финансового положения налогоплательщиков).

Косвенные налоги имеют ряд несомненных достоинств (с позиций наполнения казны). Во-первых, они легче собираются. Фактически это делают продавцы товаров или услуг. Как налог с оборота, так и акциз входит в цену, а из общей суммы платежа их „достаёт“ и отправляет в государственную кубышку продавец. Во-вторых, эти налоги легче контролировать (по той же причине). Но есть у них два крупных недостатка. Прежде всего, в том, что тяжесть от такой налоговой нагрузки не одинакова у различных по материальному положению слоёв населения. Ясное дело, налог с оборота в 20% для семьи, которая живёт от зарплаты до зарплаты (то есть всё, что получает, то и тратит) отнимает пятую часть возможных покупок. А там, где тратится на потребление половина получаемых за месяц денег в налог уходит только 10% от месячного совокупного дохода. То же и с акцизами. У семьи пенсионеров каждые пятьдесят евро, потраченные на заправку автомобиля топливом (для поездок на дачу) существенный расход, уменьшающий возможности приобретения еды и одежды, например. А для хорошо обеспеченных семей те же пятьдесят евро — ничего не значащая величина. Потому косвенные налоги во всём мире считаются социально несправедливыми и их действие стараются смягчить. Где снижают ставку налога с оборота на социально значимые продукты и товары (молоко, хлеб, крупы, а также детское питание и одежду для малышей). Где вводят дотации для малоимущих (используя механизм специальных карточек, для предъявителей которых цена базовых продуктов уполовинивается, а доплачивает продавцам казна). Такие меры применяются не только для социальной защиты бедных слоёв, но и в целях поддержки экономического роста, поскольку быстро нарастить потребительский спрос могут только малообеспеченные слои населения. Богатые без всякой поддержки приобретают всё чего душа пожелает. Справедливость этого утверждения доказала наша собственная практика прошлого года. За счёт ступенчатости необлагаемого минимума были увеличены доходы бедных семей (почти четверти всего населения) и сразу экономика пошла в рост. Ещё одно положительное для экономики явление (связанное с низкими ставками косвенных налогов) срабатывает в странах Евросоюза в связи с отсутствием между его странами таможенных границ: снижение этих налогов способствует росту продаж на экспорт. Это мы в полной мере ощутили тоже в прошлом году как раз на объёмах продаж алкогольной продукции. Кстати сказать, по этой причине уже который год ведутся разговоры об унификации в Евросоюзе ставок налога с оборота и предельных (нижних и верхних) акцизных ставок. Но снижение косвенной налоговой нагрузки требует одновременного увеличения прямых налогов, что означает прежде всего введение ступенчатого подоходного налога.

Податное сословие против налогового дворянства

Нынешняя правящая коалиция в экономическом смысле позиционирует себя как левоцентристская, отражающая интересы небогатой и среднеобеспеченной части населения. В привычном политическом раскладе три правящие партии относят к правому спектру из-за их националистической направленности и социального консерватизма, а также нетолерантности к меньшинствам. Ничего удивительного в таком сочетании нет. В Европе тридцатых годов прошлого века имелись яркие образцы похожей политики.

Из скупой информации об экономических планах правящей коалиции непонятно: снижение акцизов на спиртное — всего лишь популистский жест или знак развёртывания социально ориентированной экономической политики. Само по себе уменьшение акцизов на греховное потребление (алкоголя и курева) экономический результат даст в экспортно-импортной сфере и уменьшении контрабандной торговли (тоже деятельности далеко не безгрешной). Возьмёт ли за пример в налоговой системе нынешняя власть опыт северных соседей (в первую очередь шведов) — пока не ясно. Но если рискнёт, то широкая электоральная поддержка этой власти на любых следующих выборах гарантирована. С этой целью перво-наперво необходимо снять раздражение от недостатков медицинского обслуживания. Достигнутое обществом активное долголетие повысило нагрузку на сферу здравоохранения. Оставим в стороне назревший разговор о разумности действующей системы и обратимся к налоговой стороне дела.

Сегодня наши больницы и поликлиники являются неналогообязанными по налогу с оборота. Это означает, что платная (очень незначительная) часть их услуг не облагается таким налогом. Но в то же время сами они платят за полученные услуги цену включающую 20%-ный налог. Прежде всего, это касается коммунальных услуг, электричества, всех видов моторного топлива и т. п. А любая современная больница (и другие медицинские структуры) потребляют такого рода ресурсы не в меньшем объёме, чем хороших размеров завод. Сняв эту долю нагрузки (освободив для медицинских учреждений коммуналку от налога), правительство сразу бы облегчило финансовое положение лечебной сферы. Вторая проблема здравоохранения — нехватка врачей и медперсонала. Никуда не деться — в Эстонии благосостояние этих категорий работников должно расти быстрее других. И готовить их надо больше (с учётом открытого европейского рынка труда). Решение можно искать не только лобовым повышением зарплат (хотя без этого всё-таки не обойтись), но также путём переноса части расходов медиков на бюджетный счёт. Источник средств для этих новаций один — дифференциация налогов (с учётом распространения какой-то части социального налога на дивиденды и некоторые другие виды доходов кроме трудовых). Впрочем, это уже технология. Важно, чтобы власть рискнула менять систему налогов.

Как видите, уважаемые читатели, выпить в июле нам будет за что. Ваше здоровье, друзья!

Владимир Вайнгорт, д. э. н.,
научный руководитель клуба „Кардис“


Печатается по публикации в газете „МК-Эстония“ от 12.06.2019


Читать полностью...



Член правления покупает


Пишет Владимир Вайнгорт 2019-06-12

Под этим названием объединено два вопроса, часто возникающих в общении с бухгалтерами и руководителями небольших фирм.

Первый — касается ситуации, когда покупка совершается членом правления у своей фирмы. Второй — когда член правления приобретает за личные средства что-то для фирмы.

Первый вопрос чаще всего задают в связи с покупкой у фирмы легкового автомобиля. Частный случай такой сделки описал автор недавно полученного нами письма. Ситуация, по его словам, такова: некоторое время назад он обратился в лизинговую компанию для приобретения автомобиля. Но там ему отказали, поскольку у него постоянный доход состоял из платы за участие в правлении в размере необходимом для медицинского страхования (то есть ниже минималки). Главные деньги (позволявшие купить не только машину) он получал в виде дивидендов (экономя таким образом на социальном налоге). С учётом структуры доходов, а также вполне приличной прибыли у фирмы ему посоветовали оформить лизинг на предприятие с тем, что потом он как-нибудь автомобиль этот выкупит. Всё прошло, как по писанному. Машина стала служебной. И теперь он спрашивает: не возникнут ли налоговые риски, если фирма продаст ему автомобиль „в лизинг“ по рыночной цене. Последнее, конечно, очень важно. А слово лизинг в этой ситуации от лукавого. Поскольку речь, по-видимому, идёт о продаже в рассрочку. Лизинг понятие, как говорят экономисты, „занятое“ и подразумевает конкретную сделку с тремя участниками: собственником имущества, покупателем (неспособным сразу уплатить всю сумму за это имущество) и лизинговой компанией, которая продавцу (собственнику) имущества уплатит деньги сразу, а покупатель будет ей платить по согласованному графику с определённым процентом сверх цены. И, на самом деле, такая схема лучше всего подошла бы к сделке, которую замыслил член правления. Поскольку продажа фирмой ему автомобиля в рассрочку по экономической сути является предоставлением кредита члену правления, что не очень хорошо смотрится с позиций коммерческого кодекса и налогового права. Согласится ли на оформление лизинговой сделки соответствующая компания? Думаю, нет причин ей этого не сделать. Насколько удорожит такое оформление стоимость приобретения автомобиля? Этот вопрос вполне можно отрегулировать при формировании конкретного графика взаимных платежей.

Второй вопрос неожиданный. Но вполне, на мой взгляд, логичный. Другой член правления маленькой строительной фирмы озаботился тем, что по действующему закону о защите прав потребителя при покупке различных механизмов, материалов и всего прочего права на предъявление претензий к магазину не одинаковы у юридических и физических лиц. Искать логику в таком неравном отношении к покупателям бессмысленно. Торговля сумела лишить покупателей — юридических лиц права на замену купленного некачественного предмета либо вообще возврата его торговцу, если после сборки и после начала использования выявится, что купили полное... сами знаете что. Мой корреспондент спрашивает: может ли он приобрести что-либо как физическое лицо для использования покупки фирмой, но сохраняя за ним права покупателя — физического лица? Почему нет.

Часть 3 статьи 12 Закона о подоходном налоге разрешает без налогового риска компенсировать лицу документально подтверждённую стоимость покупки имущества при передаче его юридическому лицу (естественно, при наличии необходимости в этом предмете у юридического лица и доказательности использования в предпринимательстве). То есть вполне достаточно составить акт приёмки — передачи имущества от физического лица к юридическому лицу и можно деньга за покупку имущества этому физическому лицу вернуть.

Правда, фирма не сможет зачесть входящий налог с оборота. Но в конкретном рассматриваемом случае этой проблемы не было, поскольку маленькая фирма автора письма неналогообязанная. Зато, если купленное имущество (а речь шла об электроинструменте) окажется, мягко говоря, не очень работоспособным, „права качать“ сможет физическое лицо (которое совсем не обязано извещать продавца каким образом и кто купленной вещью пользовался). Когда я пытался выяснить у специалистов по защите прав потребителей в чём смысл неравных прав у покупателей, мне сказали, что если речь идёт об инструменте, то любой продавец объяснит разницу между техникой для профессионального использования и любительского. Но это, явно, объяснение „от лукавого“. Грань здесь трудноопределимая. Понятно, что имеется в виду соотношение цена — качество. Но всё же при любой цене то, что продаётся должно работать (или отвечать каким-то требованиям), что далеко не всегда случается. В общем, закон заставляет ловчить и сделать это, возможно, вполне успешно.

Владимир Вайнгорт, д. э. н.,
научный руководитель клуба „Кардис“


Печатается по публикации в газете „Деловые ведомости“ от 05.06.2019


Читать полностью...



Электронные счета: кратко о важном


Пишет Елена Коростелёва 2019-06-14

Теперь уже каждый знает, что, начиная с 1 июля 2019 года учреждениям и предприятиям публичного сектора следует выставлять электронные счета, то есть, созданные в машинном формате дигитальные счета, автоматически вносимые в систему бухгалтерского учета принимающего счет субъекта.

Речь идет не о счете в формате PDF, который можно отправить электронной почтой партнеру по сделке. Э-счет — это созданный для машинной обработки файл, при акцепте которого вся содержащаяся в нем информация автоматически разносится по соответствующим регистрам и конто.

Публичный сектор

К публичному сектору относятся:

• Государство и государственные учреждения

• Местные самоуправления

• Учреждения подразделений местных самоуправлений

• Публично-правовые юридические лица

• Целевые учреждения (SA), некоммерческие организации (MTÜ), коммерческие объединения (OÜ, AS) с государственным участием

Чтобы проверить, входит ли ваш партнер по сделке в число тех, кому следует выставлять исключительно э-счета, пройдите по адресу: https://saldo.fin.ee/saldo/partnerManagement.action и загрузите файл в формате Excel (правый верхний угол: lae XLS). В файле содержится полный перечень организаций и предприятий публичного сектора.

Версия файла от 14.06.2019.

Елена Коростелёва, юрист


Читать полностью...



Зачем Раскольников укокошил двух старушек?


Пишет Владимир Вайнгорт 2019-06-05

По той простой причине, что Фёдор Михайлович Достоевский понимал: если ограничится одной старухой-процентщицей — сочувствия от читателей не дождаться. Пришлось подставить под топор её сестру — Елизавету, убогую, почти святую. На которую ненависть общества к финансовым кровососам не распространялась.

Поводом вспомнить великий роман стало ещё одно сочинение. Не литературное. С неизвестным авторством. Распространяемое по казённой линии от имени Министерства экономики и коммуникаций. Касающееся изменений в Законе о рекламе. Оттуда предлагают убрать ограничительные требования к рекламе т. н. быстрых кредитов (что заметно упростит втягивание в паутину современных „процентщиков“ не очень финансово-грамотных людей). Потому, что предлагается убрать из закона требование указывать в рекламе „коэффициент расходности кредита в виде типового примера“. То есть не извещать потенциальных кредиторов о том, во сколько реально им обойдётся соблазнительный, на первый взгляд, кредит.

Малый кредит и большие неприятности

Установили эту норму в 2010 году, когда депутаты Рийгикогу ополчились на „лёгкие кредиты“ (некоторые предлагали вообще прикрыть эту „ловлю на живца“, называя такой бизнес разными обидными — но вполне справедливыми словами). Время обсуждения (и осуждения) упрощённой кредитной системы было не случайным. То был разгар финансового кризиса (повлёкшего самое значительное во всём Евросоюзе падение экономики Эстонии — 25% ВВП за два года). Потому, что именно в Эстонии был самый значительный „кредитный пузырь“, крах которого сказался не только на макроэкономике страны, но и на судьбах тысяч её жителей (трагедии, о которых в то время много писалось и говорилось, в том числе в стенах парламента). Сейчас аналогичных случаев тоже хватает. Из-за какой-нибудь незначительной суммы взятой в долг у нынешних „процентщиков“ и не возвращённой во время, нарастают огромные долги, которые вытрясают судебные исполнители (а они мастера увеличивать долговые обязательства). К тому же учтём, что Эстония так и не ратифицировала Европейскую хартию в части „права на жильё“, в результате чего оставить должника без крыши над головой дело плёвое. И, несмотря на рекомендации Банка Эстонии по части кредитной осмотрительности, малые кредиты складываются во вполне макроэкономические значения. „Credit24“, например, сообщает (по данным на 20 мая), что 120 000 клиентам в Эстонии выдано 128 000 000 евро кредитов. Их коллегами из фирмы „Bondora“ 414 877 клиентам выдано займов на сумму 216 300 000 евро. Впечатляет. Не найти, правда, данных сколько кредитов просрочено и какие драмы разворачиваются по этому поводу во многих семьях. Но уверен, многим такие примеры известны.

Потребительское нетерпение

Кредиты работают в экономике в двух направлениях. Одни обеспечивают развитие бизнес-проектов и значение их для роста экономики и (в конечном счёте) благосостояния трудно переоценить. Как правило, это прерогатива банковского сектора, но в сфере малого бизнеса возможна кредитная поддержка также от предприятий „быстрых займов“. Другое направление: ускорение потребления. От возможности кутнуть за кредитный ресурс (полученный за несколько минут) до приобретения дорогостоящих „предметов домоустройства“. Конечно, в жизни бывает всякое. Иногда какая-нибудь специальная многофункциональная кровать продлевает жизнь близкому человеку и тут — ясное дело — „за ценой не постоим“. Но — судя по рекламным материалам фирм быстрого кредитования — речь чаще всего идёт о совсем другой технике или иных затратах, без которых худо-бедно можно прожить, по крайней мере до той поры, пока накопится необходимая сумма (то ли для приобретения нового смартфона, то ли для оплаты летней поездки в экзотическую страну).

Рассмотрим пример с рекламного сайта „Bondora“. Речь там идёт о кредите в 2445 евро на 5 лет. При этих условиях годовая ставка затратности 19,97%. Это означает, что всего придётся отдать 3702,09 евро. То есть, если бы для такой же покупки семья накапливала деньги в размере платежа за кредит (60 евро в месяц), то через 40 месяцев (через три с небольшим года) желательная покупка состоялась бы с экономией в половину суммы (1257 евро). Судя по размеру кредита, его получатель человек не очень обеспеченный и потребительское нетерпение явно для него обернулось ненужной финансовой нагрузкой. Как раз такие примеры Министерство экономики предлагает из рекламных сайтов фирм быстрого кредитования убрать. Хотя из соображений макроэкономических, а также из соображений обычной финансовой порядочности этого ни в коем случае делать не нужно. Более того, нынешней правящей элите, ратующей за традиционные семейные ценности, стоило бы разработать долговременную программу финансового образования населения. Особенно школьников (которые чаще всего становятся жертвами „процентщиков“). В таком образовании помог бы не только Достоевский, но и Шекспир (с „Венецианским купцом“) и Пушкин (со „Скупым рыцарем“).

Вообще европейская культура брезгливо относилась и относится к бизнесу на долгах. А мусульманская культура считает такие заработки вообще греховным делом. Но есть сильное подозрение, что не столько даже ради „процентщиков“ стараются чиновники Минэкономики, а, вполне возможно, ради ещё менее симпатичного института судебных исполнителей. Впрочем, здесь тот случай, когда „оба хуже“.

Что с нами происходит, молчим, когда на собраниях квартирных товариществ малограмотные или нечестные... „дураки с инициативой“ заставляют жильцов брать безумные кредиты. Не чураемся знаться с работниками кредитных или инкассо-фирм. Сами безропотно даём заработать этой публике на своём нетерпеливом потребительском азарте. Пока ещё ретивые чиновники не изменили закон — уважаемые читатели — надевайте очки и читайте на страницах фирм быстрого кредитования набранные мелким шрифтом цифры общей кредитной нагрузки плюс дополнительные расходы на оформление. И прикидывайте: оно того стоит? Всё, что вы намеревались заёмными деньгами оплатить.

Владимир Вайнгорт, д. э. н.,
научный руководитель клуба „Кардис“


Печатается по публикации в газете „МК-Эстония“ от 29.05.2019


Читать полностью...



Весна: охота к перемене мест


Пишет Владимир Вайнгорт 2019-05-29

Может потому, что сподручнее переезжать с места на место налегке, без груза одежды. Может по иным причинам. Но — судя по вопросам — командировочное движение весной учащается, а спрашивают чаще всего об одном и том же. Прежде всего интересуются, когда — при короткой поездке — возникает право на безналоговые суточные? Варианты ответа приводят разные. Хотя норма совершенно чётко очертила период возникновения оплаченных без налога суточных. За день убытия платятся суточные, если транспортное средство для перемещения в другое государство отбывает, как минимум, в 21:00. А суточные за день прибытия — если транспортное средство появляется в месте, где кончается командировка, после 3:00 (то есть, в три часа ночи). Недопонимание возникает иногда в связи с поездкой в командировку на самолёте. Некоторые бухгалтеры время убытия и прибытия считают по тому, как оно обозначено в билете.

Конечно, если живёшь в Таллине, то разница от выезда в аэропорт и времени вылета бывает несущественна. А если едешь из Нарвы или из Курессааре? Иногда приходится выехать днём и заночевать в Таллине, чтобы успеть вылететь часов в семь утра. Тогда день до даты вылета тоже надо рассматривать как командировочный и, естественно, оплачивать его. Да и в Таллине могут возникать споры о времени начала командировки (учитывая, что в аэропорту надо оказаться часа за два до времени вылета). А до аэропорта ехать, может быть, минут сорок. И если ехать надо в период пиковых транспортных нагрузок, выезжать приходится часа за четыре (учитывая, что автомашину надо ещё припарковать около аэропорта). Всё это время, конечно, уже командировка. И первые сутки могут набежать ещё в Таллине. То же происходит со временем прибытия. Его надо считать не по моменту посадки самолёта, а когда командированный доберётся к себе в Выру, например. Вполне, кстати сказать, может оказаться целесообразной ночёвка в Таллине. Некоторые пуристы задают вопрос: а как точно узнать когда работник добрался домой, если едет — скажем — после посадки самолёта в Риге и рубеж суточных зависит от того, останавливался он по дороге, чтобы поужинать или не останавливался... Здесь, конечно, надо поступать исходя из соображений здравого смысла. Возникают также часто споры, если аэропорт места командирования находится далеко от центра и добираться от аэропорта до гостиницы приходится электропоездом, метро и (последний этап) автобусом. Конечно, все эти временные потери (а также расходы) являются временем трансфера и должны учитываться для безналоговых выплат и расчётов.

В последнее время появился также вопрос о праве на выплату безналоговых суточных в размере 50 евро. Вопрос чаще всего задают в такой форме: работник поехал в зарубежную командировку на 15 дней в апреле и 10 дней мая. Норма говорит, что в одном месяце 50 евро можно платить без налога не более, чем за 15 дней. Но наш работник (руководитель фирмы) был в одной командировке 13 дней, а затем в том же городе у него началась другая командировка ещё на 12 дней. Можно так считать? Увы, нет. Это, конечно, одна командировка с двумя разными рабочими заданиями (которых может быть сколько угодно в пределах одной командировки). А в одной командировке 15 первых дней могут (без налога) оплачиваться по 50 евро, а дальше по норме в 32 евро.

И, наконец, спрашивают: обязательно ли платить высокую ставку? Конечно, нет. Только надо непременно проверить, чтобы условие о 50-евровой оплате не содержалось в трудовом договоре (а для работников, у которых возможны частые командировки, резонно такую норму в трудовой договор внести).

Бывают также странные вопросы вроде того: нельзя ли уплатить работнику максимальные суточные, но одновременно уменьшить ему выплату зарплаты, например, на разницу между 50 и 32 евро умноженную на 10 дней командировки? Смысл вопроса понятен. Увести от двух налогов хотя бы 180 евро. Но это грубое нарушение трудового права и работник свои недополученные 180 евро легко получит при обращении в Комиссию по трудовым спорам. А если уж говорить о том, какой размер суточных работодатель обязан платить, то минимальная величина установлена правительством — 22,37 евро. Работник не может требовать больше, но не иметь дальше дел с таким работодателем он может вполне.

Владимир Вайнгорт, д. э. н.,
научный руководитель клуба „Кардис“


Печатается по публикации в газете „Деловые ведомости“ от 22.05.2019


Читать полностью...



К 15-летию нашей европейскости


Пишет Владимир Вайнгорт 2019-05-22

Недавно мне пришлось участвовать в дискуссии по случаю пятнадцатилетия вступления Эстонии в Евросоюз. К моему удивлению, некоторых собеседников удивило моё безоговорочное одобрение тогдашнего решения, тем более, нынешних интеграционных процессов.

Экономическая мифология и реальность

Оказывается, даже спустя столько лет, распространено отношение к вступлению в ЕС, как браку по расчёту, в котором Эстония продешевила, уступив богатому дядюшке свою девственную независимость. Говорят, можно было вытрясти больше дотаций на сельское хозяйство, добиться денег на восстановление морского рыболовства и рыбопереработки. Список „недотребованого“ впечатляюще длинен. Повод для сожалений понятен. Эстония (по мнению некоторых моих коллег) сейчас оказалась у разбитого корыта былого (до 1991 года) индустриального развития. Они говорят: не стала ведь бывшая ГДР зоной торговых центров и сельскохозяйственного запустения и Польша не стала — почему у нас нет ни старых, ни новых производств?

Вроде бы о том же свидетельствуют и цифры. В 1990 году доля промышленности в экономике Эстонии была 39,6%, сейчас 20,9%. Сельское хозяйство составляло 15,7%. Сейчас 2%. Зато доля услуг была 23,1%. Стала 42,6%. Но есть и другие макроэкономические показатели. На диаграмме показана динамика ВВП (внутреннего валового продукта) на душу населения (в $ США). С 1991 года рост 704% (!). Ничего подобного нет не только на просторах бывшего Союза, но и во всей Восточной Европе.


Начался рост после 1992 года благодаря драйву неофитов рыночной экономики в условиях абсолютной свободы предпринимательства и приватизации основных производственных фондов. Но, как хорошо видно из графика, радикальный рывок произошёл с 2005 года, аккурат после вступления в ЕС. То была реиндустриализация на основе новых технологий с использованием низкопроцентных кредитов и привлекательности для инвесторов сравнительно низких зарплат квалифицированной рабочей силы, при интересном для бизнеса нулевым подоходным налогом с юридических лиц. Помогли также инвестиции из т. н. структурных фондов ЕС.

Кризис 2009–2010 годов вторично обрушил эстонскую индустрию. Но рост экономики продолжается. Эстония, наряду с ведущими странами „старой Европы“, перешла в постиндустриальную фазу развития. И беспокоиться нам впору не о расхожих мифах о спасении сельхозпроизводства с помощью Евросоюза и даже не предотвращении закрытия заводов „отвёрточной сборки“, а о реальных социальных проблемах постиндустриальной „экономики знаний“.

Что день грядущий нам готовит?

Новая экономика услуг опирается на информационные технологии, современное образование и медицину, обеспечивающую рост „возраста дожития“ населения и его активное долголетие. Драйвером развития становится не средний класс (с „белыми“ и „синими воротничками“), а те, кого американский социолог Ричард Флорида назвал „креативным классом, производящим экономические ценности в ходе творческой деятельности“. Флорида считает его особенностями: „индекс богемности“ (уровень творчества) и „гей-индекс“ (уровень толерантности и уважение к разнообразию). Это особая субкультура, напоминающая хипстеров — шестидесятников. Их интеллектуализм сочетается с полным отвращением к государственности и партийному политиканству. Особенно, к любому традиционализму и каким угодно мифологизированным вчерашним догмам. Такой тип личности определяют как Homo ludens — человек играющий. Ничего не поделаешь, именно эти ребята, сидя в кафешках и коворкингах, двигают сегодня мировую экономику. Они же создают основы техногенной медицины и новую культуру освоения знаний. Обратная сторона процесса — „новые бедные“. То есть, имеющие работу люди, заработки которых ниже уровня бедности. Наши 26% бедных (по данным Евростата) близки к показателям ещё недавно вполне успешной Франции (её „жёлтым жилетам“) или, например, 15,3% бедных у работающего населения Бельгии. В целом по ЕС 11% работающей молодёжи имеют доход ниже 60% средней зарплаты своих стран (таков уровень относительной бедности). При нашей медианной зарплате к началу 2019 года в 1000 евро более 100 тысяч работников получают около 600 евро. Они стоят на грани бедности.

Реальная проблема постиндустриального общества: нарастание количества рабочих мест с низкой оплатой труда. Развитие сферы социального ухода одно из главных направлений постиндустриальной экономики. Там невозможна автоматизация труда и в то же время сёстрам по уходу в хосписах вряд ли будут платить более 1000 евро в месяц. В одной из серьёзных работ на эту тему говорится, об опасности, когда „большинство будет занято в сфере обслуживания, которая всё сильнее превращается в сферу прислуживания“ (английский экономист Стэндинг назвал их прекариатом — „опасным новым классом“). Опасным потому, что в демократическом обществе они приводят к власти правых популистов (как в Венгрии, Польше, а теперь и у нас). Чтобы малообеспеченные работники новой экономики получали больше, требуется методологически новый способ финансового прилива „поднимающего все лодки“. В соседней Финляндии экспериментируют с „базовой зарплатой для всех“. Существенен наш опыт общественных фондов потребления: таллинский бесплатный транспорт, бесплатное питание в школах, бесплатное высшее образование. В „старой Европе“ активно изучают советский опыт бесплатного наделения жильём. Нобелевскую премию получают экономисты, занятые моделями бесприбыльности коммунальных услуг. Общественные пространства „карнавализируются“ (в этом тренде находится таллинский рынок у железнодорожного вокзала, с примыкающей к нему бывшей заводской территорией, где ярмарочная стихия сплетается с культуртрегерской).

Постиндустриализм в реальности оказался не халявой, а набором проблем более высокой сложности. Консолидирующаяся, интернационализирующаяся Европа с открытым рынком труда и быстровыравнивающимися доходами креативного, образованного, лишённого национальной спеси и социальной мифологии сообщества уже вошла в постиндустриальную экономику. И то, что мы среди стран, которые первыми столкнулись с проблемой новой цивилизации — главный положительный итог нашего вступления в Евросоюз пятнадцать лет назад. Будем надеяться, нынешние властные элиты не смогут развернуть сложившийся у нас тренд на европейскую ускоренную интеграцию и креативную модернизацию. Хотя бы из чувства самосохранения у власти. Значит график ВВП продолжит рост, отражая, по-прежнему, самый высокий на постсоветском пространстве уровень жизни. Если — конечно — всем учиться и учиться всю отпущенную судьбой жизнь.

Владимир Вайнгорт, д. э. н.


Печатается по публикации в газете „МК-Эстония“ от 15.05.2019


Читать полностью...



21 мая, во вторник, c 16:00 состоится заседание Бухгалтерского клуба „Кардис“


Пишет Инфослужба Клуба бухгалтеров 2019-05-14

Клуб бухгалтеров «Кардис» Выступает:
Дмитрий Егоров, вице-канцлер МФ по налогообложению.

Тема:
налоговое развитие Эстонии — перспективы.

Записывайтесь в члены клуба!


Читать полностью...



Ненужный налоговый узел


Пишет Владимир Вайнгорт 2019-05-14

Среди многих проблем, связанных с налогообложением, есть одна, актуальность которой растёт по мере движения времени. По той простой причине, что — увы — чем дальше, тем чаще уходят из жизни представители поколения девяностых годов, на долю которого выпала, среди многого другого, приватизация жилья. Тем, кому в середине девяностых было около пятидесяти или даже сорок лет (а чаще всего именно в таком возрасте находились „ответственные квартирособственники“, получившие и использовавшие право на приватизацию жилья), сейчас около восьмидесяти или семидесяти лет и приватизированные ими когда-то квартиры всё чаще становятся наследованным имуществом.

Учитывая, что довольно часто наследники обеспечены своим жильём, наследованные квартиры продаются или сдаются в найм (а затем всё равно продаются). Распространена ситуация, когда из пары обитающих вдвоём пенсионеров уходит первым из жизни тот, кто приватизировал квартиру. Оставшийся часто переезжает жить к детям, а квартира сдаётся в найм. Затем, спустя некоторое время, её всё же решают продать (часто в связи с необходимостью нести расходы на лечение или содержание пожилого человека в доме для престарелых). И во всех таких случаях совершенно неожиданно для семьи возникает огромный налог (в размере 20% от вырученной за продажу квартиры суммы).

Происходит это по нормам Закона о подоходном налоге, содержащимся в его 15-й статье. Там записано, что не возникает налогообложения, во-первых, в случае продажи квартиры самим налогоплательщиком, которая была им получена в результате приватизации, и, во-вторых, в случае если его наследник до продажи использовал квартиру для личного проживания. В остальных ситуациях возникает налог от дохода, полученного при продаже квартиры (разницы между ценой продажи и ценой приобретения).

То есть, если в семье из двух пожилых людей (один из которых приватизировал в своё время квартиру — муж, предположим) из жизни первой уходит супруга, то пенсионер может продать квартиру без налога при любых предшествовавших продаже обстоятельствах. Независимо от того — жил он в ней до продажи, не жил и т. п. Потому, что он и есть тот самый налогоплательщик, которому посвящена норма по освобождению от налога пункта 3, части 5, статьи 15 Закона о подоходном налоге. Но если судьба распорядится так, что первым из жизни уйдёт супруг, то в случае продажи квартиры супруга не будет платить налог только в одном случае: когда она использовала до продажи квартиру для собственного проживания.

Вряд ли кто скажет, что это справедливо и являет собой пример государственного мышления. Справедливость проявляется в реальности массовым применением способов ухода от такого налогообложения. Прежде всего это выражается в латентности сделок по сдаче квартир в найм. Их не формализуют главным образом не потому, что уходят от уплаты налога с арендной платы, а для того, чтобы в случае продажи наследованного по разным обстоятельствам жилья не отдавать 20% от всей суммы сделки (поскольку всеми правдами и неправдами стремятся доказать использование квартиры для личного проживания до момента продажи). В некоторых семьях стараются срочно организовать продажу тем лицом, которое приватизировало квартиру до его (лица) ухода в мир иной. Потому иногда (как рассказывают врачи) приводят нотариуса и покупателя даже в реанимационную палату.

Подведём итог. Страдают обе стороны налоговой системы: налогоплательщики, вынужденные ловчить ввиду явной несправедливости нормы закона, и государство, которое получает налог не более, чем от трети сделок найма жилья. Цифру назвал Минфин в записке к проекту изменения закона, разрешившую квартирособственнику при сдаче им жилья в найм по декларации вернуть себе 4% от уплаченного подоходного налога. Эта мера должна была как раз стимулировать вывод из тени сделок аренды квартир. Но льгота не сработала. По той причине, о которой сказано выше.

Проблему решит только освобождение от уплаты налога наследованных приватизированных квартир. Это будет и справедливо и выгодно казне.

Владимир Вайнгорт, д. э. н.,
научный руководитель клуба „Кардис“


Печатается по публикации в газете „Деловые ведомости“ от 08.05.2019


Читать полностью...



14 мая, во вторник, c 16:00 состоится заседание Бухгалтерского клуба „Кардис“


Пишет Инфослужба Клуба бухгалтеров 2019-05-09

Клуб бухгалтеров «Кардис» Выступает:
Марек Уускюла, руководитель отдела косвенных налогов.

Тема:
проблемные случаи НСО с оборотом товара в ЕС.

Записывайтесь в члены клуба!


Читать полностью...



Вечная слава погибшим за свободу и независимость нашей Родины


Пишет Тимур Скоряк 2019-05-08


Читать полностью...



Прощальные слова вслед растаявшему снегу


Пишет Владимир Вайнгорт 2019-05-08

Весна нынче ранняя и солнечная. Настроение у всех благодушное. Переломы и ушибы, полученные на заснеженных обледенелых тротуарах, остались только в медицинской статистике. И никого уже не волнует снег прошедшей зимы... Разве что новый мэр Таллина о проигранной битве коммунальных служб со снегом недавно вспомнил. Работа у него такая: с весны готовиться к следующим холодам.

При этом учтём: когда о зимних улицах говорят коммунальщики и когда — городские обыватели, то — по крайней мере в Таллине — речь идёт о разных проблемах.

Мы обречены падать зимой

Всё дело в том, что в ходе приватизации жилья, когда все заботы о его содержании перекинули с плеч государства и местной власти на плечи жильцов — обязанность содержать в „проходимом“ состоянии тротуары тоже легла на плечи собственников зданий (по крайней мере, в Таллине и многих других городах). За коммунальными службами осталась уборка дорог. Но разбитых машин на городских дорогах явно меньше, чем разбитых коленей, локтей и других деталей тел горожан. И в этом смысле упрекать мэрию можно только разве за то, что она не достаточно жёстко требовала от квартирных товариществ исполнения их обязанностей по очистке тротуаров. Конечно, действуя абсолютно формально, муниципальная полиция могла прошедшей зимой для всех горожан, по крайней мере, удвоить помесячные платежи: поскольку штрафы — в конце концов — платить пришлось бы именно им. Но, слава богу, местные стражи порядка по части штрафов не слишком усердствовали, потому что понимали: вооружённые лопатами и метлами дворники со снежными обвалами этой зимы справиться не могли, при всём их желании и самом ответственном отношении к делу. Плюс к тому не в пример им технически вооружённые коммунальщики не малую долю сгребаемого с дорог снега сбрасывали на кромки тротуаров (в результате чего выход пассажиров из автобусов на многих улицах напоминал высадку боевого десанта в сложных зимних условиях).

Можно, конечно, вспомнить приходившие тогда в голову разные слова и обрушить их сейчас на голову местной власти. Но, положа руку на сердце, надо сказать: в условиях определённых законом — они спасти нас от падений не могли. Правда, есть пример соседнего Петербурга, где только назначенный перед наступлением зимы и. о. мэра Беглов (для завоевания авторитета на ожидающихся выборах) взял в руки лопату, вооружил лопатами подчинённых и всей чиновничьей толпой бросился на уборку улиц, как Александр Матросов на амбразуру дота. Но по части авторитета эффект получился ровно обратный. До сих пор эта пиар-акция обыгрывается в качестве анекдотов в питерском городском фольклоре. И поделом. Потому, что дело руководства не махать лопатой, а думать о создании системы уборки улиц зимой на основе современной техники.

В другом российском мегаполисе — Москве с первыми снежинками начинающегося снегопада на тротуары выезжают маленькие юркие специальные машины, работающие в унисон с людьми в жёлтых жилетах. Без такой техники, что Питер, что Таллин обречены в снежную зиму становиться, разве что, хорошей натурой для съёмок фильмов о блокаде (когда дорожки на тротуарах протаптывали пешеходы, старающиеся идти след в след). Без техники тротуары не убрать. А технику покупать квартирные товарищества не в состоянии. Во-первых, из-за цены. Во-вторых, к технике нужны умеющие ею управлять специалисты. В-третьих, дорогостоящую технику надо где-то держать. Можно назвать с десяток других причин, объясняющих почему (при нынешнем распределении обязанностей по уборке города) техники такой у нас нет и не будет.

Штрихи к проекту зимней безопасности

Тротуарные снегоуборщики только одна из деталей сложного механизма, включающего не только технику (от сбора, вывозки до снеготопок), но и специальное обустройство бордюров и, конечно, единую систему управления. Но это уже не предмет газетной статьи.

А для нашей темы важен ещё один зимний сюжет: сосульки и пласты снега, падающие с крыш (жертвами чего оказывалось немало горожан). Конечно, странно было бы говорить, что уборкой снега и льда с крыш тоже должны заниматься коммунальные службы города. Но и квартирные товарищества в этом деле мало что способны сделать. Иногда они нанимают (за приличные деньги) специальную бригаду из альпинистов. Но снег имеет одну особенность: он выпадает по много раз за одну зиму.

Проблема не в очистке крыш. Она в том, что сталактиты сосулек свидетельствуют не о плохой уборке снежных заносов, а о нарушении законов строительной физики. Дом, где я сейчас пишу статью, был построен в 1950-е годы. И на нём раньше не было сосулечных гирлянд. Теперь они вырастают почти в размер последнего этажа. После утепления чердака, сделанного абсолютно безграмотно. Также, как безграмотно установлены приёмные воронки водоотводящих труб. И всё это не вина, а беда правления квартирного товарищества, заказавшего работу по реконструкции кровли, как теперь ясно, малограмотному исполнителю. Кажется мне, что в обязанности мэрии надо бы включить разработку и распространение типовых проектов (вплоть до рабочих чертежей) реновации скатных кровель, а также ввести в штат одной из служб бюро экспертизы для приёмки выполненных работ.

Где взять деньги? Один из вариантов на поверхности: лет тридцать назад, когда жителей в городе было больше, а районные власти в Таллине ещё занимались содержанием жилья и даже организацией многих производств — районов города было меньше. Зачем у нас столько чиновников и начальников в этих конторах? Тем более, что кроме нескольких прекрасных их руководителей (в Мустамяэ и Копли) остальные, мягко говоря, действуют не очень результативно. Впрочем, это иная тема. И размышления на этот счёт прерогатива городской власти. Нам важно, чтобы безопасность и комфорт горожан зимой стали одной из главных муниципальных забот. По крайней мере, пока ожидаемое потепление не превратит побережье Балтики во что-то средиземноморское. Но до этого, похоже, ещё далеко.

Владимир Вайнгорт, д. э. н.,
научный руководитель клуба „Кардис“


Печатается по публикации в газете „МК-Эстония“ от 01.05.2019


Читать полностью...



Неполная льгота


Пишет Владимир Вайнгорт 2019-05-01

Интересный пришёл вопрос. У таллинской фирмы появилась необходимость направить работать на довольно длительный период двух работников в Нарву. Для них сняли квартиру, за аренду которую платит фирма. Квартира двухкомнатная. Цена аренды 200 евро в месяц. По недавно появившейся в законе о подоходном налоге норме такой платёж не вызывает налогообложения, поскольку рабочее место отстоит, явно, дальше от места постоянного проживания работников чем 50 км. А раз так, то с 1 января 2017 года действует норма части 5 прим 6 статьи 48 закона о подоходном налоге, где сказано: „Спецльготой не считаются связанные с предпринимательством работодателя расходы на размещение работающего по трудовому договору работника, если выполнены оба нижеследующие условия: 1) место жительства работника находится на удалении минимум 50 км от места работы и в собственности работника нет расположенной ближе к месту работы недвижимости, используемой как жилье, и эти условия выполнены в течение всего периода размещения; 2) расходы на размещаемого работника составляют до 200 евро в календарный месяц при размещении в Таллине или Тарту и до 100 евро в прочих случаях“.

Вроде бы все условия соблюдены и налоговый риск не появляется. Но оказалось, ситуация осложнилась, поскольку по договору аренды арендатор должен также оплачивать коммунальные расходы (что справедливо и вряд ли могло быть иначе). Цена коммуналки, в среднем за месяц около 50 евро. Приславший вопрос бухгалтер таллинской фирмы полагает, что это предпринимательский расход (поскольку квартира по договору аренды временно оказалась под управлением предприятия), но на всякий случай решила подстраховаться. И хотя по экономической и правовой сути дела она права, всё-таки пришлось её разочаровать. Закон не позволяет платить без появления специальной льготы больше, чем 100 евро за размещение работника. В расчёте на каждого у таллинской фирмы появилась 25-евровая специальная льгота в соответствии с нормой 1-го пункта 4-й части статьи 48 того же закона, где сказано, что „спецльгота, среди прочего, полное или частичное покрытие расходов на жилье“. А в приведённой выше норме говорится о 100-евровом пределе безналоговой платы за размещение работника. То есть предел такой суммы установлен для всех расходов по размещению. Как вычислили законодатели этот предел в 200 евро для Таллина и Тарту и в 100 евро для остальных городов и весей — „тайна сия велика есть“. Попробуйте нормально (из расчёта один человек — одна комната) разместить в Таллине, например, человека, чтобы и арендная плата и коммунальные расходы не превышали 200 евро. Не получится. Вот и в Нарве в сто евро втиснуть все расходы не получилось. Конечно, не велика потеря, налоги со специальной льготы размером в 50 евро за месяц составляют: 10 евро подоходного налога и 16,5 евро социального. То есть государство возьмёт 26,5 евро с таллинской фирмы ежемесячно. И, может быть, даже в Нарве можно было найти квартиру для двоих с арендной платой в 150 евро. Здесь важен принцип, основываясь на котором формируется закон. Ведь понятно, что коммунальные расходы — величина не поддающаяся строгому прогнозированию. И цифра пятьдесят в вопросе бухгалтера усреднённая за несколько месяцев.

По уму, как говорится, надо бы установить точное значение той величины, которая ясна сторонам договора о размещении работников, а кроме того сказать: плюс прочие расходы, связанные с размещением. И, может быть, даже установить для Таллина и Тарту точную величину арендной платы в 150 евро, а для других мест — 75 евро, но непременно с некоторой свободной величиной дополнительных оплат не лимитируя их, поскольку злоупотребить там невозможно. В нашем примере под налог идёт 50 евро в месяц. Но вполне возможна ситуация, когда погодные условия окажутся такими, что за пределами регламентированной суммы останется семь евро или даже семнадцать. Можно ли утверждать, что такая специальная льгота отражает интересы государства? Нет, конечно. Чем же руководствовался тогда составитель нормы и законодатель?

Было в ходу когда-то такое определение: „холодный сапожник“. О работнике, бездушно выполнявшем работу. Вот и норму, о которой идёт речь, готовили „холодные сапожники“, и утвердили такие же законодатели. Может, в новом составе парламентарии будут думать больше над текстами принимаемых изменений в законах? Поживём — увидим.

Владимир Вайнгорт, д. э. н.,
научный руководитель клуба „Кардис“


Печатается по публикации в газете „Деловые ведомости“ от 24.04.2019


Читать полностью...



Ученье ученью рознь


Пишет Владимир Вайнгорт 2019-04-17

Тема разговора возникла из посыпавшихся весной вопросов по поводу заполнения приложения INF 14 или „Декларации... покрытия расходов на обучение“ (наряду с несколькими другими возмещениями и выплатами).

Вопросы касались, в основном, расходов по обучению работников на различных курсах. Спрашивали: надо или не надо включать их в эту самую декларацию?

Обязанность заполнения указанной формы установлена статьёй 56 прим 2 Закона о подоходном налоге, где сказано, что возникает она (такая обязанность) у работодателя, „который в течение календарного года покрывал названные в статье 48 части 4 пункте 10 расходы на обучение по повышению образовательного уровня, которые не считаются спецльготой“.

А в этой норме расходы на обучение делятся на три группы. Первая из них касается оплаты „повышения квалификации, непосредственно связанного с трудовыми и служебными отношениями и заданиями члена правления юридического лица...“ Сюда относятся любые курсы, семинары и другие формы обучения всему тому, что может рассматриваться в качестве необходимости для исполнения работником своих обязанностей. В круг повышения квалификации входят также обучение языкам (в том числе эстонскому). Такая в этом деле сложилась практика. Практика также показывает, что обучение может быть связано с изменением трудовых обязанностей. Например, строитель-монтажник может овладевать профессией отделочника, поскольку работает в комплексной бригаде, выполняющей работы по всему строительному циклу. Важно, правда, чтобы это было каким-то образом документировано. Впрочем: монтажник, обучающийся на отделочника, вряд ли вызовет вопросы. Но если, к примеру, того же монтажника пошлют на курсы бухгалтеров, то неплохо к трудовому договору сделать дополнение, из которого будет видно, что после обучения и какой-либо практики стороны согласовали профессиональное перемещение (совмещение).

Это самый простой случай и расходы на такое обучение в INF 14 не включаются (!).

Вторая группа расходов касается платы за „обучение по повышению образовательного уровня“. До 2015 года такие расходы считались специальной льготой. Нынче они не вызывают налогового риска, но только в случае, когда обучение в колледже, университете и т. п. учебном заведении связано непосредственно с трудовыми или служебными отношениями.

Именно такой случай надо отражать в INF 14. Более того, такой случай требует непременного документирования, поскольку понятно: чаще всего учёба такого рода ведётся с отрывом от исполнения должностных обязанностей. Строитель-монтажник может, конечно, учиться по вечерам на инженера-строителя, если работает и учится в Таллине, например. Но уже нарвский строитель вряд ли сможет совмещать работу и учёбу. А если этот монтажник станет учиться в Финляндии, Британии, Дании — то с работой в Эстонии на время обучения ему придётся распрощаться. Закон о трудовом договоре имеет норму, регулирующую в подобной ситуации обязанности сторон и эту норму, как минимум, необходимо использовать (для доказательства реальности намерений сторон).

Но желательно документировать и необходимость наличия в фирме обученного специалиста через три, четыре, пять лет. Особенно, если речь идёт об оплате обучения специалиста по профилю, которым фирма в момент направления кого-то на учёбу не занимается. Здесь аргументом служит бизнес-план. Строительная фирма, например, не имеет производства пластмассовых окон. Но она планирует их выпускать через четыре года, для чего послала монтажника учиться на специалиста по обработке пластмасс (и намерение это вытекает из разработанного в фирме бизнес-плана, часть позиций которого уже реализуется). В принципе, нет ограничений на разные виды деятельности. Но всё же здравый смысл при этом должен присутствовать. Конечно, строительная фирма может учить кого-либо на астрофизика, но в таком случае необходимо иметь очень хорошо проработанные документы, однозначно и, главное, убедительно показывающие — каким образом через пять лет выпускник университета будет применять полученные знания в платившей за его обучения фирме. Если доказательств нет, то возникает специальная льгота со всеми относящимися к этому случаю налогами. Тогда уж проще подарок сделать студенту. Но опять-таки, надо понимать, что получатель подарка не окажется „работником“ в понимании 3-й части 48-й статьи Закона о подоходном налоге. Почему приоритетнее подарок? Потому, что с него не платится социальный налог, как со специальной льготы. Заметим, что в случае специальной льготы INF 14 не заполняется. То есть из трёх видов обучения отражать в этой форме необходимо только второй: оплату обучения по повышению образовательного уровня, связанного с исполнением рабочих или служебных заданий (нынешних либо предстоящих).

В реальности эту норму чаще всего используют для обучения детей членов правлений или иных их родственников. Ничего плохого в этом нет. Семейные фирмы не нарушают предпринимательской логики. Но целесообразность оплаты за обучение должна быть доказуема. Как, впрочем, иные виду расходов, отражаемые в этой самой INF 14.

Владимир Вайнгорт, д. э. н.,
научный руководитель клуба „Кардис“


Печатается по публикации в газете „Деловые ведомости“ от 10.04.2019


Читать полностью...



Сомнительные сделки подвели под статью


Пишет Владимир Вайнгорт 2019-04-03

В закон о подоходном налоге с 1 января нынешнего года ввели несколько новых норм перекрывающих некоторые возможности налоговой игры „в свою пользу“. Появилась статья закона о подоходном налоге пять прим, где говорится: „При обложении подоходным налогом не учитывается сделка или цепочка сделок, основной целью или одной из целей которых является получение налогового преимущества“. Теперь прямо в законе уточняется: „Цепочка сделок может состоять более чем из одной промежуточной ступени <...> Сделка или цепочка сделок не считается фактической, если она не совершена по реальным жизненным или коммерческим причинам, отражающим экономическое содержание сделки“.

Эта принципиальная идея подробно разрабатывается во вновь введённой в закон главе десять прим, состоящей из пяти новых статей. Там, в частности, сказано, что в качестве предпринимательских (не вызывающих необходимости налогообложения) сделок не будут считаться те, которые противоречат содержанию налогового законодательства и будут соответствовать новому для нашей налоговой практики понятию — „налогового преимущества“. Что имеется в виду становится понятно из разъяснения Налогово-таможенного департамента к новым статьям закона о подоходном налоге. В этих разъяснениях сказано, что в качестве рисковых (с налоговых позиций) имеются в виду сделки, которые не являются действительными (реальными), если учитывать все касающиеся данного дела обстоятельства. Нечто подобное было и раньше в законе о налогообложении, но теперь идея т. н. притворной сделки реализовалась непосредственно в тексте закона о подоходном налоге. Законодатель определил: сделка или цепь сделок (что бывает на практике особенно часто) не может считаться действительной если жизненные или коммерческие причины не обуславливают её необходимость, а снижение налоговой нагрузки просвечивает. Вроде бы ясно, но существенно то, что теперь оценку жизненной необходимости хозяйственной операции определять будут люди из налоговой службы. А в бизнесе далеко не все и не всегда можно понять из обстоятельств одной сделки. Я не ставлю под сомнение квалификацию налоговых специалистов. Но сфера бизнес-интересов далеко не всегда подчиняется логике внешнего здравого смысла и может быть легко понята при взгляде со стороны. Не зря в одном из решений Государственного суда была фраза о том, что бизнес в своих планах не должен стремиться к максимизации налоговой нагрузки. Серьёзные специалисты по составлению бизнес-планов понимают разницу между короткими и длинными деньгами, тактическим и стратегическим эффектом и даже целесообразностью проигрышных сделок ради реализации долговременной стратегии завоевания рынка.

Ещё сложнее и противоречивее другая новая норма — о целесообразности и предпринимательской эффективности кредитных операций, а также операций с зарубежными аффилированными структурами. Внесение этих норм в конкретный закон (а не в рамочный закон о налогообложении) свидетельствует о намерении активного применения такого подхода. Пока специалисты НТД набьют руку в применении этих положений немало предпринимателей набьют себе шишки. Сфера кредитных отношений между предпринимателями очень непроста по мотивировкам и конечной эффективности. В нашем собственном опыте есть примеры гибели успешных коммерческих начинаний из-за налоговых претензий, когда бюджет получал налоги, но экономика в целом теряла сотни рабочих мест, которые могли десятилетиями обеспечивать значительно большие налоговые поступления. Сейчас налоговый управляющий ведёт вполне разумную политику по отношению к бизнесу, но полицейская прямолинейность новых норм очень тревожный признак.

Снижение степени риска будет теперь зависеть только от тщательности и полноты документирования сделок. Другого совета, увы, не дашь. Судебной практике, естественно, пока тоже неоткуда взяться. Придётся подробнейшим образом описывать цели сделанного, чтобы логика бизнеса была видна. Думаю, не сильно упрощу проблему, если скажу: отныне кредит, например, без тщательного бизнес-плана может стать поводом налогового риска.

Владимир Вайнгорт, д. э. н.,
научный руководитель клуба „Кардис“


Печатается по публикации в газете „Деловые ведомости“ от 27.03.2019


Читать полностью...



Круг помощи бухгалтерам с разным опытом работы:

Журнал «Налоги и бухучёт» 24 номера в год. Подписчики имеют право Получать скидку 15 % при оплате семинаров по актуальным проблемам бух- и налогового учёта Получать скидку 50 % при оплате книг и приложений к журналу по отдельным вопросам Бесплатно участвовать в интерактивных консультациях по вторникам с 12:30 до 14:00 Получать скидку при оплате за переводы законов и инструкций СБУ Бесплатно получать телефонные консультации аудитора по четвергам с 10:00 до 12:00 Курсы для начинающих или имеющих перерывы в работе, а также курсы обучения бухгалтерскому учёту
OÜ Kardis является партнером по карте обучения Эстонской Кассы по безработице
Бухгалтерам, имевшим большой перерыв в работе, а также специалистам с небольшим опытом работы, предпринимателям, желающим разобраться в бухучете собственной фирмы, а также тем, кто хочет освоить профессию бухгалтера: пояснения программ, порядок действий, контактные данные
OÜ Kardis on Eesti Töötukassa koolituskaardi koostööpartner
Raamatupidaja täiendkoolitus: koolituste kava ja sisu ja metoodilised selgitused

Последние добавления в платную зону:

Журнал «Экспресс-консультация» № 14

Журнал «Экспресс-консультация» № 13

Журнал «Экспресс-консультация» № 12

Журнал «Экспресс-консультация» № 11

Журнал «Экспресс-консультация» № 10

Журнал «Экспресс-консультация» № 9
Квартирное товарищество: проблемы и решения
Подпишитесь на журнал „Налоги и бухгалтерский учёт. Экспресс-консультация“. Станьте подписчиком за 2 минуты!

Вы 3038340-й посетитель этого сайта

+372 645 2257, 645 2258, 645 9268, 641 8265
© 2011—2018, OÜ Kardis